Книга Романтика дорог, страница 153 – Елена Крыжановская

— Значит, план нападения целиком ваш? — обвинитель вцепился в его последнюю фразу, как голодный пес — в кость.

— Нет. Только поддержал план Якоба Фингли. Этот парень неплохо соображает.

— И что вы решили?

— Застать Мейнгрема наедине и убедить его написать признание. Вот и всё.

— Каким образом убедить? Силой?

— Да, если понадобится. Но был уверен, достаточно простой угрозы. Такие крупные подлецы, как правило, трусливы и дрожат за свою шкуру. Так и случилось.

— Вы признаётесь, что угрожали жизни господина Мейнгрема?

— Да.

— Каким образом и каким оружием?

— К счастью, у меня есть меч. Приставил его острие к горлу этог… вашего нанимателя и сказал, что проткну его, если не будет вести себя честно и благоразумно. Он обещал.

— Правда ли, что вы напали на господина Мейнгрема в его собственном доме?

— Не правда. Дом принадлежит ему незаконно.

— Изменим вопрос: вы напали на господина Мейнгрема в том самом доме, где он живет?

— Да.

— Вы проникли в этот дом ночью?

— Да.

— Пробрались тайно, как вор, взломав замки, вопреки воле хозяев?

— Нет. Оказался там открыто, по приглашению законного хозяина. И уж во всяком случае, ничего, ни внутри, ни снаружи дома не ломал.

— Вы прошли через дверь?

Дик усмехнулся и промолчал. Сказать «да» ничего не стоило, но ему мешало данное суду слово.

Обвинитель потирал руки. Теперь он по-настоящему пошел в наступление, надеясь спасти утраченные позиции.

— Откуда вам стала известна история о несправедливости, допущенной советником магистрата к своему пасынку? Со слов Ялиса Плара?

— Да об этом все знают, спросите любого, — Дик кивнул на сидящих рядами зрителей. — Если страх не окончательно поглотил их разум, они вам всё подтвердят. Кроме того, существует письменное признание самого господина Мейнгрема на четырех страницах. С собственноручной подписью и печатью магистрата.

— Мы непременно заслушаем свидетелей, но позднее, — постановил судья. — А где находится этот документ?

— Полагаю, в надежном месте. Вам лучше спросить самого господина Плара или его друзей.

— Вырванное под угрозой смерти признание не имеет законной силы! — прошипел обвинитель.

— Разве? — Дик многозначительно покосился на палача. — Ну, так вызовите Мейнгрема сюда и допросите сами.

— Его дело уже слушалось в магистрате, — задумчиво пробормотал судья. — Мейнгрем поклялся на ключе от города, что ни он сам, ни его сын не состоят ни в каком родстве с Ялисом Пларом. Мальчишка жил в его доме из милости, но потом решил обокрасть своего благодетеля. К счастью, его поймали и с позором изгнали на улицу. И эта клятва правдива, ключ не потускнел и не сломался!

— Разумеется, — кивнул Дик. — У них нет ни капли общей крови, так что формально советник не лгал. Ялис с его сыном от первого брака — сводные братья. Спросили бы, являлась ли Марта Плар, мать Ялиса, законной супругой Мейнгрема? И, как вы понимаете, если являлась, подтверждение этому можно найти и без его слов. Есть записи в книге магистрата. Для этого и просил Мейнгрема проводить меня в здание ратуши и открыть сейф.

— Вы незаконно, в неурочный час, проникли на территорию городского совета и взломали сейф в ратуше! — ужаснулся обвинитель.

— Ничего подобного. Пришел в сопровождении действительного советника магистрата, и он открыл сейф своим ключом, на что отцы города имеют безусловное право в любое время дня и ночи!