Книга Альтернатива, страница 194 – Александр Журавский

— Менее всего в Лондоне я ожидал увидеть одесситку.

— Это стало разочарованием?

— Напротив. Сильным впечатлением. Хотел спросить, а почему такой псевдоним – Пепел?

Первомай зашел в Одессу почти летним теплом ясного солнечного дня. С отметкой двадцать два на градуснике. Одесситы собирались на демонстрацию.

Юная и озорная, как ранняя весна, первокурсница Одесского государственного университета – изящная красавица с гордым профилем и вьющимися каштановыми волосами – выпорхнула из подъезда старого дома в Шампанском переулке, резво осмотрелась по сторонам и, никем из знакомых не замеченная, припустила по Французскому бульвару. Пронеслась, не останавливаясь, мимо пустой остановки – трамвай недавно ушел, – мимо родного филфака бегом до Одесской киностудии, где успела вскочить в обогнавший ее «пятый» трамвай. Мимо стадиона «Динамо», театра музкомедии, по Пантелеймоновской. Там выпрыгнула из трамвая и вновь влетела, но уже на двенадцатый маршрут. Всякий, кто видел ее, оборачивался, улыбался, радостно щурился, а то и по-белому завидовал той конечной цели, к которой спешила, бежала, опаздывала прекрасная дочь многонациональной Одессы. Но не только естественная красота, которой обильно наделили ее природа, родители и кровь разных народов, не только по-летнему легкомысленная одежда – ярко-красная льняная мужская рубашка с закатанными рукавами и широкая черная юбка – привлекали внимание и взоры одесситов. Умное тонкое античное лицо с открытым ироничным взглядом уже было вызовом мужскому самолюбию. Которое восставало, но смирялось и уступало дерзости молодости и скрытой взрывной энергии достойной уроженки Одессы-мамы.

Девушка соскочила с трамвайной подножки у переулка Маяковского и припустила сначала по переулку, потом вниз по Военному спуску, лихо взлетела по каменной лесенке на Сабанеев мост, выдохнула и перешла на быстрый, уважительный шаг возле желтого здания Первой музыкальной школы для одаренных детей имени Петра Соломоновича Столярского, из открытых окон которой раздавались скорбные стенания скрипки, терзаемой рукой очередного одаренного создания.

Ой-вэй, что это была за школа! Отсюда «вышли» великие Давид Ойстрах, Буся Гольдштейн, Натан Мильштейн, Лиза Гилельс (она же сестра Эмиля Гилельса и жена скрипача Леонида Когана, которому посвящали свои бессмертные произведения Хачатурян, Вайнберг, Хренников и даже Шостакович). Да что вам говорить за эту школу. Приезжайте в Одессу и спросите. И вам скажут, что если вы одессит и у вас есть дети и эти дети хоть немного имеют слуха, то им путь в школу Столярского.

Но вот пройдена школа, юная прелестница вновь переходит с быстрого шага на бег и через минуту влетает на залитую солнцем величавую Екатерининскую площадь к памятнику основателям Одессы, воссозданному меньше семи лет назад, но уже ставшему традиционным местом встреч влюбленных парочек. И действительно, помимо величавой императрицы, у ног которой застыли четыре сподвижника, стоял темноволосый, среднего роста, стройный молодой человек с плакатом и российским флагом.

— Привет, мой хитроумный идальго! – воскликнула девушка и целомудренно поцеловала в щеку юношу.