Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 85 – Матвей Дубравин

— Как тебе угодно, – сказал Лифел, почти незаметно поклонился и влез на платформу, чтобы уехать.

Напоследок он прижал палец к губам и погрозил Линве кулаком, чтобы она не сказала лишнего. Затем он уехал.

«Я должен собрать совет, – думал Лифел. – Все должны знать об угрозе. Надо срочно принять решение, как выжить!»

— Удачи вам! – крикнул Делж.

Оказалось, двое купцов тоже успели выйти из лесополосы на площадь, уже подобрались к их машине и разбудили дремавшего Эника.

— Буду через десять дней, – не забыл напомнить Эник, потягиваясь. – Помните об этом.

Машина пустилась в долгое обратное путешествие.

Тем временем Тоул принёс пень к тому месту, где сидела Линва, и сел на него, чтобы не запачкаться в земле. Из внутреннего кармана своего плаща, в который он уже переоделся, Тоул достал небольшую бутылку сухого вина.

— Ты не против, если я проведу с тобой этот вечерок? – спросил он, улыбаясь Линве.

— Ох, я была бы безмерно счастлива! – искренне ответила Линва и пододвинулась к нему. Этот человек был единственным мостиком, который мог бы соединить её с Ахелем. Теперь, когда она лишилась Илина и, вероятно, Фолока, Ахель был единственным, кого она хотела вновь увидеть. Надежда почти уже погибла, но теперь возродилась снова. – Расскажи мне про Ахеля.

Тоул нахмурился.

— Ты видишь во мне лишь гонца от Ахеля и никого больше? – возмутился Тоул. – Мне это не нравится, знай!

Линва испугалась, что Тоул обидится, уйдёт и она не сможет ничего узнать из его уст. Поэтому она с испугом ответила:

— Нет, что ты! Я рада пообщаться и с тобой. Ты мне очень даже интересен, Тоул. Поверь.

— Пока что поверю, – пообещал он. – А там видно будет. Но перед разговором давай-ка немного украсим место, где находимся. В жизни всё должно быть красиво и со вкусом. Я как раз кое-что принёс для этого. Сейчас темнеет, и мои безделушки должны неплохо разбавить скуку наступающей ночи.

Его вязкая и пафосная речь нервировала Линву, потому что она могла бы сказать в двух словах то же самое, на что Тоул тратил целые предложения. Но в этих словах ей чувствовался дух Ахеля, его незримое присутствие. Сам Ахель не разговаривал так помпезно, но при этом он был аристократом. Это роднило его с Тоулом. К тому же из уст Ахеля такие выражения очень понравились бы Линве, поэтому она ловила каждое слово, сказанное Тоулом.

Тем временем Тоул поставил бутылку на землю и достал из кармана маленький свёрток. Он представлял собой туго скрученную тонкую и прочную ткань, перехваченную стальной проволокой. Свёрток был довольно маленьким. Линва не знала, для чего нужна ткань. Возможно, Тоул хочет накинуть эту ткань ей на плечи. Всё-таки вечером воздух становится прохладным, а на ней лишь тонкая рубашка.

Она ошиблась. К дну свёртка был приделан металлический блок с заводным ключом. Тоул принялся быстро крутить этот ключ до тех пор, пока не услышал щелчок. Сразу после этого он положил свёрток перед собой, и тот начал менять форму. Проволока, во много кругов огибавшая ткань, стала распрямляться и натягивать ткань вслед за собой. Через несколько секунд свёрток стал походной палаткой. Прочная материя не пропускала холодный воздух, а проволока отлично держала массу всей ткани. Палатка с квадратным основанием и округлой крышей буквально поглотила Тоула и Линву. При этом Тоул рассчитал, куда положить свёрток, чтобы проволока не сломалась о ствол или ветки деревьев, растущих возле них. Самое странное, что в палатке не было двери. Зато в ней были отверстия ближе к её верху. Они помогали воздуху циркулировать и избавляли находящихся внутри от необходимости терпеть духоту. При этом дующий через них ветер почти не ощущался, потому что его потоки шли над головами сидящих.