Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 73 – Матвей Дубравин

Сами они старались есть животных, которых ловили в лесу. Употребление рыбы в пищу было сведено к минимуму из-за страха отравиться, а чтобы купцы не заподозрили неладное, селяне мыли рыбу, удаляли органы, в которых могли застояться вредные вещества, а потом засаливали рыбье мясо. На вопрос «зачем», который задавали купцы, ответ был один и тот же: «для сохранности». Это было логично, но не могло продолжаться вечно: купцы могли заподозрить неладное. Пока ещё никто не отравился. Видимо, эту рыбу, довольно дешёвую, ели те горожане, желудок которых был закалён соответствующей жизнью. Проверить воду купцы не могли из-за разделения территории: купцы и селяне всё-таки относились к враждебным классам и были границы, за которые никто не имел права заходить.

И вот однажды утром, подойдя к реке, лекарь обнаружил, что вода стала чистой. Ох, как он был против того, чтобы оставшиеся селяне продавали отравленную рыбу! Как он отговаривал их от этого, но селяне упёрлись и не соглашались уехать. Тогда остался и он, чтобы по старой памяти помогать им выживать. Ведь старый лекарь привязался ко всем ним и хотел помочь. В этом было его предназначение. Но всё-таки он молил, чтобы вода очистилась, и теперь его молитвы были услышаны. Может, это произошло и не благодаря молитвам, но лекарь всё равно был безмерно рад и пошёл на площадь, чтобы сообщить радостную новость. Он знал, что на площади сейчас члены совета беседуют с новеньким жителем.

* * *

С той поры, как купцы приезжали в последний раз, прошло шесть дней. За это время с новеньким общались не много. Причина была проста: несмотря на любопытство, селяне хотели поскорее достроить стену. Новенького они с собой не брали, чтобы тот не задавал лишних вопросов. Дескать, почему надо строить стену так быстро? Почему раньше жили без стены, а если жили со стеной, то куда делась прежняя? Придумывать ответы на эти вопросы члены совета не хотели. Им и так приходилось тяжело. Гарп выбыл из числа работников, потому что ощущал сильную слабость и едва мог пройти десяток метров, не остановившись на передышку. Линва была не очень сильная. К тому же она была не в себе после всех случившихся с ней событий, а лекарю не позволял работать почтенный возраст. Оставались только сами члены совета. Они сами постановили, что надо строить стену, и сами же её и строили. Они не могли удержаться от шутки, что у них получилась идеальная община. Однако для них это едва ли была шутка – они начинали верить, что всё так и есть.

Новенького же они заселили в освободившуюся избу, каких было очень много. Тот крайне удивился этому, но селяне как-то отоврались, что селение раньше было крупнее, что они ждут новых жителей – и всё в таком же духе.

Наконец стена была построена, все собрались на площади и решили немного отдохнуть, а заодно и поговорить с новеньким. Скамеек на площади уже не было, так что сидели кусках бревна от недавно срубленного дерева. Когда их обнаружил лекарь, то увидел, что на площади собрались все, кроме Гарпа. Линва сидела одна, в стороне. Новенький находился в окружении членов совета: председателя Лифела и трёх других. Их звали Арол, Болв и Тирон.

— Друзья! – радостно сообщил лекарь, заставив замолчать всю компанию. Никто не ожидал от лекаря такого поведения, потому что обычно он был молчалив. – Вода очистилась! – воскликнул он.