Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 98 – Матвей Дубравин

— А известно ли тебе, что она также равна пяти бутылкам «императорского» вина качества ниже среднего, продающегося на прилавках Столицы?

— Знаю!

— Или же три бутылки того же самого вина, но уже с наценкой, у наших купцов.

— Разумеется! Но к чему ты это?

— А к тому, что три бутылки вина – это очень много для одного человека. Это вредно. А потому мы сделаем милость, если не отдадим монету Гарпу.

— Чего?! – зашипел Гарп и сжал кулаки. – Отдай её! Быстро! Я прошу по-хорошему второй раз. Он же и последний: унижаться вы меня не заставите никогда. И никто не заставит!

Двое товарищей несколько секунд шептались.

— Мы ничего тебе не отдадим, – последовал уверенный ответ. – Более того, мы создадим свою группу, а один останешься ты!

— Ну и пусть! – Гарп громко хлопнул по ляжкам и резко встал со стула. – Мы с этой минуты враги. А моим врагам живётся не очень-то хорошо. Читайте раздел «Истории», 16:5!

— Что читать? – послышался смешок в ответ.

Но Гарп не ответил. Он скрылся в темноте, в своей родной стихии. Будто бы растаял в ней.

— Вот и всё – он сдался! – усмехнулся один из товарищей. – Это было легче лёгкого.

— Да, – согласился другой. – А мы теперь легко устроим налёт на дом Ахеля и разделим золото на двоих, только вот… Мы же разделим и эту золотую монету тоже? – Заговорщик указал на монету, отобранную у Гарпа.

— Конечно! – Он обернулся к хозяину ларька. – Разменяешь монетку?

Хозяин подошёл к ним и тяжело облокотился на стол.

— Давайте посмотрим, что за монета, – сказал он и зажёг свечу.

После темноты двое приятелей сощурили глаза и внимательно уставились на монету. Она была настоящая. Об этом говорили и знаки, и блеск.

— Я разменяю, – сказал он и потушил свечу, – но возьму проценты.

Все на миг ослепли, привыкая к темноте.

— Пожалуй, это разумно, – нехотя кивнул один из сообщников. – Пять процентов, и расходимся.

Хозяин ларька помотал головой.

— Двадцать, – твёрдо сказал он.

Товарищи переглянулись.

— Не наглей, – сказал один. – Бери семь процентов. Больше ни одного не добавлю! Или мы найдём, где разменять монету, сами.

— Золотую-то? – лукаво улыбнулся хозяин ларька. – Едва ли: в такой-то час. Ну да ладно. Деньги на троих не такие и большие, чтобы долго о них спорить. Я возьму десять процентов, и в придачу угощу вас лучшей настойкой. Такой обмен подойдёт?

— Киселём из шишек? – усмехнулся бандит. – Нет уж, увольте!

— Кисель я разливаю для дураков, – серьёзно ответил торговец. – А для серьёзных людей у меня есть напиток покрепче. Обычно я продаю две порции за шесть медных монет, то есть вам так выгоднее, чем давать мне семь процентов.

— Вроде бы да, – согласился другой приятель. – Но тебе-то зачем действовать себе в ущерб?

— Незачем. Дело в том, что я беру этот напиток по более низкой цене. И поэтому я не в убытке. Так что, по рукам? Теперь мы с вами общаемся серьёзно. Как с Гарпом. Так что отметим это дело! Новые клиенты – это всегда хорошо.

— Чёрт с тобой, – отмахнулся бандит. – Давай!

— Вот и прекрасно! – повеселел хозяин ларька и достал запылённую бутылку, снова зажигая свечу. – Этикетка Столицы, – заметил он, указывая на красную с золотом эмблему. – Пять лет брожения! – Он указал на цифру пять. – И томительно-прекрасный вкус.