Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 199 – Матвей Дубравин

Люди в полном недоумении смотрели на происходящее: верить ли Эстулу? Картина, которую они наблюдали, с одной стороны, производила резонанс со словами старосты, а с другой – она была так необычна, что мысль об избранности и правда приходила на ум. Только вот благословением это было или же проклятием?

— Если вы беспокоитесь по поводу странных существ, – заметил Эстул, первым пришедший в себя, – то это временно, как я уже и говорил. Если их не провоцировать, они не нападут. Что касается их мяса, оно пригодно в пищу. Подумайте только, сколько рыбы заменит собой одна такая тварь! Хотите – можете ловить. А нет, так ловите рыбу в другом озере. Взгляните: изменилось только одно озеро, а другое совершенно чистое!

И правда, вода в другом озере была обычной, хотя над ним небо было темнее, чем должно быть.

— Вообще, считайте их ловлю охотой: и опасно, и прибыльно. Я вам так скажу: что только не подают в элитных заведениях. Да и в простых часто можно отведать одно мясо под видом другого, так что наш случай хотя и редкий, но не уникальный.

— Откуда ты всё это знаешь? – спросили из толпы.

— Мне об этом написали в письме из Столицы. Раз уж нас застиг такой скверный период, они раскрыли мне все карты. Разумеется, с условием, что вы будете молчать об этом. А иначе начнётся всеобщая паника, что ни к чему хорошему не приведёт. И ещё! Очень важное добавление: если вы кому-то проболтаетесь, полиция вас устранит. Я просил их смягчиться, но они оставались неумолимы. И помните: наше селение лучше других, но если вы хотите покинуть его – что ж, уезжайте! Останутся только те, кто понимает всю выгоду его положения. Вы все живёте тут месяцами – на природе, в дружеской общине, где никто на вас не давит и не взимает плату за жильё и за коммуникации – ведь жильё срубили вы сами, а коммуникации тоже обеспечиваете самостоятельно. А в городе! Я жил в городе: там за маленькую комнатушку сдерут такую плату, что на жизнь и не останется. Что, кто-нибудь уйдёт?!

Никто не ответил.

— Давайте поймаем одну змею.

Несколько человек пошли за удочками. Эстул только разогрелся и, пока все ждали удочки, продолжал без умолку говорить пафосные речи и привёл толпу в состояние ещё большей эйфории. Когда селяне вернулись с удочками и вилами (на всякий случай), то все уже были заведены до предела.

— Лови! – хором кричали они. – Достань их всех! Ну же!

Один из селян закинул удочку. Вскоре одна из теней заметила наживку и начала плавать вокруг неё. Все заинтересованно смотрели на процесс. Некоторые обсуждали жизнь в городе и приходили к выводу, что она на редкость ужасна.

Тем временем тень, продолжая виться вокруг крючка, наконец схватила наживку, и леска натянулась. Селянин стал наматывать катушку, удочка изогнулась, а тень приблизилась к поверхности воды.

— Что это, – шептались все, – сейчас мы увидим…

Когда до поверхности воды оставалось не более метра, люди различили чёрную кожу существа, настолько гладкую, что тусклое солнце исхитрялось сильно бликовать. Поразительно, но никто не видел морду создания: оно всё было словно шланг без начала и конца. Начало и конец, видимо, скрывались глубже. Но чем тогда оно держало крючок? Этот вопрос заботил всех присутствующих.

Внезапно крючок отделился от тела существа, и удочка распрямилась. Тот, кто её держал, чудом устоял на ногах и не упал на берег.