Книга Поцелуй на три счета, страница 93 – Женя Май

Он смотрит с недоверием, и преподавательница добавляет:

— Тебе умыться нужно в любом случае.

Рига вздыхает, шагает за ней. Всё лучше, чем идти с этими на крыльцо ДК.

Обработав губу диском с хлоргексидином, преподавательница мягко просит:

— Покажи, - она протягивает руку, и на подушечках пальцев Рига углядывает жёлтые круги. Точь-в-точь как в Светиных глазах тогда на вышке от света фонарей.

Рига до сих пор сжимает папку. Но преподавательница не Влад. Тем более ладно, ей можно. Смысл уже прятать.

Он протягивает. Медленно, как будто отдаёт своё сердце.

Она листает. Молча. Долго.

— Интересно, - произносит преподавательница наконец. – Очень интересно. Ты можешь сдать эти портреты на выставку? Я думаю, их заметят.

Рига моргает два раза подряд. Сглатывает:

— Я… не знаю.

— Подумай. Но не долго. Приём работ завтра заканчивается.

Она отдаёт папку, Рига поднимается, выходит из кабинета. В коридоре смотрит на папку. На кровь на кулаке.

«Света, - думает он. – Что бы ты сказала?».

Рига чувствует нечто странное. Ему и тяжело и радостно одновременно. Он внезапно стал значимым. В один миг. Просто так. Его заметили, подняли на пьедестал. В футболе он так этого ждал! А тут – нате и всё.

Но это его Света. Только его. Вот от этого и тяжело. Словно его сердце полапали в руках и всунули обратно. Теперь предлагают провернуть этот фокус ещё раз. Публично!

Но что-то в груди радостно кричит, не как болельщики на трибунах, нет. Как маленький катер, осторожно привлекающий внимание тихим гудком, чтобы его заметили. А он сам ещё не знает, стоит ли причаливать.

Рига шагает по солнечной улице. Ветер холодный, но какой-то свой. Он шелестит листками, будто напевает музыку. Рига улыбается. Губа тут же саднит, но ему всё равно. Он на пьедестале.

«А не съесть ли мороженого?» - мелькает мысль, Рига тотчас сворачивает к магазину. И чуть ли не встречается нос к носу с Буйковым. Рига еле успевает прислониться спиной к холодной стене здания. Выглядывает из-за угла, щурится от луча солнца. Буйков спускается со ступенек. Но только одной ногой вниз. Правой. Левая падает следом.

Руку обжигает папка. В ней трепыхаются листы, некоторые вылезли. Рига опускает глаза, видит Светин взгляд. Пронзительный и бескомпромиссный. Как тогда при последней встрече.

У него колет внутри. Будто снова проглотил груду гвоздей.

Кажется, пора делать шаг.

АЛИНА

На поле выходят восемь человек. Четыре на четыре. Трава уже просохла, солнце припекает, но не жарко. Алина в худи, волосы собраны в хвост. Да, она уже полгода как не носит косы. Надоели.

Всю зиму Буйков мариновал их в душном спортивном зале, но сегодня погода шикарная, и девочки с наслаждением гоняют мяч на улице. Взяли дополнительное время. Кирилл не остался с ними. Кивнул и похвалил за инициативу. Оля едва не взвизгнула от удовольствия.

Да, они все - его безоговорочные фанатки. Только теперь как тренера. Кирилл не добренький, о нет. Он всё такой же: жёсткий, хладнокровный, временами беспощадный. Но всё это - по делу. Всегда по чёртовому делу!

Игра заряжается. Алина отбирает мяч у Насти. Резко, нагло, корпусом. Та ойкает, Алина уже прёт к воротам. Обводит одну, вторую, удар! Мяч летит в штангу. Отскакивает к Лили, та добивает. Гол!

— Алина, красотка! - Лиля поднимает руку для хлопка.