Книга В поисках дома, страница 145 – Валентина Бёрнс

По его спине и плечам пробежали нежные руки, обвив шею.

— Мне нужен только ты, Габриэль Уолш, — сказала она, читая его мысли с поразительной точностью. — Ты и Руби.

Хоуп прижалась грудью к его спине и приблизилась своими восхитительными губами к его уху.

— Это все, чего я хочу. Это все, что мне нужно, — промурлыкала она. — Так что перестань думать о том, о чем ты думаешь, и расстегни мое платье.

Когда она поцеловала чувствительное местечко на его затылке, тело Гейба отреагировало в предвкушении.

Затем ее тепло и нежность исчезли. Он повернулся, чтобы увидеть, как ее сексуальная фигура снова приближается к таинственной двери, и беспомощно последовал за ней. С ней он всегда будет беспомощен. Его тело всегда будет хотеть ее. Его сердце всегда будет биться в такт с ее сердцем. Но больше всего он будет всегда доверять ей. Он доверил ей свой бар, свое сердце и свою дочь. Он также будет верить ее словам, и раз она сказала, что ей не нужна или она не хочет жить в такой роскоши, он знал, что это правда.

Подойдя к двери, Гейб остановился, прислонившись к дверному косяку и наблюдая за Хоуп в столь же роскошной ванной комнате, осторожно вынимающей шпильки из волос, позволяя золотой массе упасть ей на плечи мягкими, великолепными волнами. Ее взгляд поймал его взгляд в зеркале, ее темные глаза сверкали от желания.

Он подошел к ней сзади, обхватил ее волосы и перекинул их через плечо, обнажая шею. Он наклонился для поцелуя, и его тело содрогнулось в ответ на вздох, сорвавшийся с ее губ. Он наблюдал за ней в зеркале: глаза закрыты в доверии и капитуляции, прерывистое дыхание вырывается из приоткрытых губ, голова наклонена в сторону, обнажая для него шею.

Хоуп была идеальна внутри и снаружи. И она была его.

В миллионный раз за этот вечер его сердце переполнилось благодарностью, и внезапно Гейб почувствовал себя Гринчем из классической рождественской истории, его сердце было слишком велико для его груди. Это сделала она. Пробудила его сердце и душу к чудесному дару любви.

Он снова наклонил голову и уткнулся носом ей в шею.

— Ты будешь моей, а я буду твоим.

— Всегда, — прошептала она, заставив его осознать, что он произнес это вслух.

Гейб открыл глаза и увидел, как она смотрит на него в зеркале. Все, что было у него на сердце, отражалось в ее теплых шоколадно-карих глазах, и его охватила жажда, такая сильная, что, казалось, он может умереть, если она немедленно не станет его. Это было своего рода отчаяние, от которого у него перехватило дыхание и бросило в дрожь.

Схватив ее за талию, он прижался к ней всем своим страдающим телом. Хоуп ответила, отведя бедра назад, максимизируя контакт, пока его член не запульсировал так сильно и стал таким твердым, что невозможно было терпеть.

— Хоуп, — сорвалось с губ ее имя… наполовину мольба, наполовину молитва. Он не представлял жизни без нее, не верил, что был так близок к тому, чтобы потерять ее навсегда.

Внезапно необходимость заявить права на нее, заклеймить и сделать своей всеми возможными способами стала первостепенной. Это было примитивно, совершенно первобытно и не имело смысла, тем более, что он уже обладал ею… несколько раз. Но в этот момент все было по-другому. Он чувствовал себя другим. Он хотел быть с ней постоянно. Без всяких барьеров между ними. Больше всего на свете он хотел, чтобы их любовь создала что-то еще более прекрасное. Что-то продолжительное.