Книга ДРАКОНИЙ ЭТИКЕТ: Пособие по выживанию в чужих штанах, страница 24 – Lana Rubi

О боги.

Там, в дальнем конце зала, герцогиня Айрис (Тэрон в моем теле) устроила настоящий спектакль. Видимо, решив, что репутация Айрис слишком скучна, этот нахал одним коротким «Кыш!» разогнал моих верных подружек-ботаников. На их месте теперь красовался какой-то смазливый адепт со второго курса, который подсел к «ней» с видом победителя.

Тэрон в моем теле вовсю задействовал запрещенные приемы: он томно наклонял голову, «мягко» (насколько этот медведь вообще способен на мягкость) мурлыкал парню что-то на ухо и демонстративно слизывал соус с пальца.

Я аж воздухом поперхнулась.

Нахал!

Кадрить парней в моем теле, да еще и на глазах у Китара, который явно считал Айрис своей будущей пассией? Мои бухгалтерские мозги тут же выдали дебет: если это продолжится, Китар либо вызовет того парня на дуэль, либо разочаруется в Айрис навсегда. Оба варианта вели к банкротству моих надежд.

Я перевела взгляд на Китара. Он был не просто зол, он был в бешенстве. Вилка в его руке окончательно превратилась в стальной крендель.

— Я разберусь, — бросила я Китару своим новым басом, стараясь, чтобы это прозвучало как «братская помощь», а не как «ревностный порыв».

Быстрым шагом, от которого содрогались полы, я направилась к столу «сладкой парочки».

— Привет, — сказала я и без приглашения грохнулась на стул рядом с Тэроном.

Я прям кожей почувствовала, как в столовой повисла звенящая тишина. Все сидели, затаив дыхание. Битва титанов: главный красавчик-боевик академии против красавицы-целителя. А мне нужно было срочно выдать что-то такое, чтобы этот смазливый адепт испарился быстрее, чем бюджет на ремонт академии.

— Я смотрю, ты уже здорова, Айрис? — спросила я, стараясь придать лицу выражение глубокой озабоченности.

— Что значит здорова? — всполошился парень, глядя на Тэрона. — Тебе было плохо, Айрис?

— Конечно, плохо, — сказала я тихо, доверительно наклоняясь к парню. — Бедная герцогиня Айрис вчера неудачно поэкспериментировала с зельем. Теперь у неё редчайшая форма магического паразитарного галлюциноза. Любой мужчина, который сидит к ней ближе метра, через пять минут начинает казаться ей… гигантским говорящим навозным жуком. А когда она видит жуков, у неё срабатывает родовой инстинкт, она начинает неконтролируемо плеваться парализующей магической слизью и пытаться отложить в них свои невидимые эфирные яйца.

Парень медленно начал отодвигаться, его лицо приобрело оттенок подгнившей капусты.

— Яйца? — икнул он.

— Да, — я тяжело вздохнула и положила свою (Тэрона) огромную ладонь ему на плечо. — Ты только посмотри, как она на тебя смотрит. Видишь этот блеск в глазах? Она уже прицеливается, куда удобнее прикрепить кладку. Беги, парень. Если она начнет плеваться, будет поздно.

Адепта сдуло со стула с такой скоростью, что за ним остался лишь легкий ветерок. Тэрон в теле Айрис сжал свою тарелку так, что она треснула, а я поняла: мой «кредит доверия» у Китара только что вырос, но мои шансы дожить до конца обеда стремятся к нулю.

Тэрон в теле Айрис.

Я знал, что Айрис нравится Китар. Эти их томные вздохи, случайные касания пальцев над учебниками и взгляды в пол при встрече бесили меня еще до того, как я оказался в её теле.

Герцогиня Айрис была бесспорной красавицей, но, положа руку на сердце (которое теперь было прикрыто весьма тесным корсетом), скука смертная. Ботанка, отличница, ходячая энциклопедия этикета. Я таких всегда обходил стороной. Другу я желал лучшего. Кого-то яркого, дерзкого, с кем можно и дракона приручить, и эль за углом выпить. Зачем Киту эта пигалица? Ну, на один разок, не более.