Книга Дочь его врага, страница 125 – Виктория Богачева

Я развернулась и ударила Гронера щитом в упор. Щит получился маленьким и плотным, размером с кулак, и я вложила в него всё, что оставалось. Он врезался Гронеру в горло, и преподаватель захрипел и отшатнулся, и его магический огонёк погас.

Тоннель утонул в темноте, и я побежала к свету, что забрезжил впереди. За спиной раздался рев, от которого волосы на затылке встали дыбом. Он придал мне скорости, и я побежала еще быстрее, увязая в мокрой земле под ногами.

Пришел в себя Гронер быстро. Даже слишком быстро, я рассчитывала на несколько минут форы, но он мне их не дал и почти сразу же рванул за мной.

Свет приближался. Я уже видела проём, заросший диким кустарником, и за ним — серое небо и деревья.

Я вылетела из тоннеля и на мгновение ослепла. После темноты подземелья даже пасмурный вечерний свет резанул по глазам так, что я зажмурилась и споткнулась, и упала на колени в мокрую траву. Вскочила мгновенно, не позволив себе задержаться ни на секунду, и огляделась. Смотреть было больно, слезы заволокли глаза, и мир вокруг расплылся.

Я побежала наугад в сторону, где было больше всего зелени, надеясь, что окажусь в лесу. Когда немного проморгалась, поняла, что бегу к оврагу с крутыми склонами, за которым темнеет лес. Если я добегу, у меня есть шанс. Среди деревьев я смогу затеряться и переждать...

Мокрая трава хлестала по голеням, и ветки кустарника цеплялись за китель. Я продиралась сквозь них, царапая руки и лицо. Склон оврага шёл вверх, и ноги разъезжались на глинистой почве, и я карабкалась на четвереньках, цепляясь за корни и камни, и слышала за спиной тяжёлый топот.

Я выбралась на край оврага и бросилась к деревьям. Бежала так, как не бегала никогда в жизни. Легкие горели, воздуха не хватало, но я не могла толком вдохнуть, лишь открывала рот, чтобы не задохнуться.

Лес был уже близко, когда чужая рука вцепилась в мою косу.

Рывок был таким сильным, что я оторвалась от земли и полетела назад. Боль пронзила затылок, и я закричала. Гронер держал меня за косу, намотав её на кулак, и тянул к себе, и я видела его лицо — красное, перекошенное от злости, с раздувающимися ноздрями и налитыми кровью глазами.

— Маленькая тварь, — прохрипел он. — Думала сбежать?

Он замахнулся свободной рукой, и на его ладони вспыхнул магический огонь. В тот миг он забыл, что должен был доставить меня, куда бы ни собирался, живой и невредимой. Он был разъярен и хотел поквитаться со мной. Той, кто посмела обмануть его. С глупой девкой, которая не стала умолять о пощаде, а сумела от него сбежать. Выставила его полнейшим ничтожеством и дураком.

Я не стала ставить щит. Резерва не хватило бы. Вместо этого я сделала единственное, что могла: вложила последние крохи магии в свой кулак и ударила его снизу вверх, в подбородок.

Его голова дёрнулась назад. Пальцы на моей косе разжались, и я упала на землю, откатилась в сторону, вскочила и побежала снова. Почти сразу же я ворвалась в полумрак между деревьями и бежала, бежала, не разбирая дороги, перепрыгивая через поваленные стволы и ныряя под низкие ветки. За спиной трещал кустарник, и тяжёлые шаги Гронера слышались всё ближе, и его дыхание, хриплое и свистящее, казалось, раздавалось прямо за моим ухом.

Я петляла между деревьями, используя свой единственный козырь: я была легче и меньше, и там, где я проскальзывала, Гронеру приходилось ломиться напролом. Ветки, которые пропускали меня, хлестали его по лицу, и я слышала, как он ругался сквозь зубы.