Книга Любить нельзя помиловать, страница 111 – Наталья Андреева

— Что сидишь? Давай работать!

— Давай. – «Что тут поделаешь? Начальница!»

…На следующий день он сидел в кабинете у Чугунова и пытался решить один вопрос: права Вера в оценке этого человека или не права? С виду да: вполне безобидный дядечка, которому не так уж много осталось до пенсии. Но вопросы задает, что называется, не в бровь, а в глаз.

— Вы всегда опаздываете, Никита Борисович?

— А что такое? – Да, пришел он пятнадцать минут десятого, и что? Это же не партийное собрание, на которых этот дядечка наверняка пропарился в свое время целую вечность. По лицу видно: бывший партиец. Той еще, совковой закалки.

— Вот Вера Александровна Алмазова, напротив, отличается пунктуальностью.

— Это один из главных ее недостатков, – он не удержался-таки и съязвил.

— Не любите вы свою невесту, Никита Борисович, – тут же среагировал следователь.

— Я ее уважаю.

— И этого, по-вашему, достаточно для того, чтобы заключить с ней брак?

— Вполне.

— Значит, любовь по расчету.

— Это вполне в духе времени.

— Ох, молодежь… – тяжело вздохнул следователь. – Как это у вас сейчас все…

— Запущено.

— Что?

— Так говорят. Как это у вас все запущено.

— Куда запущено? В космос, что ли?

— Не куда, а в том плане, что тундра не процарапанная. Дебри, то есть. Господи, я даже не знаю, как вам объяснить!

— Ха-ха! Вот молодежь, а? С юмором! И как вы же решили жениться на такой женщине, Никита Борисович? У которой все, как вы говорите, запущено? Вера Александровна – женщина консервативная.

— Можно без отчества.

— Не понял?

— Ко мне обращаться без отчества. Мы не на работе.

— Вы нет, а я да. Но, как вы сами пожелаете. Как там вы говорите? Клиент всегда прав? – следователь неожиданно подмигнул. Никита похолодел: ваньку валяет?

— Без отчества так без отчества. А все-таки? Почему вы решили жениться на гражданке Алмазовой? Вера Александровна женщина своеобразная. А как говорит! И подпись у нее прямо-таки генеральская!

— Вы меня пригласили, чтобы развести с моей невестой? – сострил он.

— Что вы, что вы! – замахал руками Чугунов. – Это была, так сказать, вводная часть. А скажите-ка мне, Никита, знакомы вы с гражданкой Кулаковой Ниной Сергеевной?

— С Ниночкой? Знаком.

— Дело в том, что в субботу вечером гражданка Кулакова пропала. А куда пропала?

— Мне-то откуда знать?

— А разве не с вами в субботу вечером у нее было назначено свидание? Мама ее так говорит…

— Со мной. Но я опоздал.

— Вот она, сила привычки! И что?

— Ниночки уже не было. По словам ее подруги, которая в это время выходила из аптеки, Ниночка села в серебристую иномарку и уехала. Можете спросить в аптеке.

— Да уже спросили, – с досадой сказал следователь. – И официанта в «Патио-пицце». Максим… г-м-м… Олегович там уже побывал и выяснил, что они ужинали вместе в субботу вечером. Гражданка Алмазова с гражданкой Кулаковой.

— Ну вот видите!

— И куда могла деться гражданка Кулакова?

— Спросите у Веры.

— Ага. Ваш ответ «не знаю». Я его уже слышал. Разве что в розыск ее заявить? Кулакову Нину Сергеевну? Куда-то же она делась? Выйдя из «Патио-пиццы», женщины сели в иномарку серебристого цвета, принадлежащую гражданке Алмазовой. А вот куда они направились дальше…

— Понятия не имею!

— Нина Сергеевна вам не звонила в субботу вечером?

— Звонила. После ужина с Верой. Мы договорились о встрече. Но я ее так и не дождался.