Книга Мечты, присыпанные пеплом, страница 61 – Наталья Андреева

Пашу унесли на руках, а Кёсем-султан, узнав об этом случае, довольно улыбнулась. Меж тем подготовка к свадьбе шла своим чередом. Хюмашах заявила падишаху, что больше не хочет ждать, и он срочно созвал Диван.

Ибрагим решил дать своей невесте невиданный махр, то есть выделить ей имущество, которое останется Хюмашах навсегда, станет ли она вдовой или султан с ней разведется: годовую казну целой провинции! Бледный от страха Ахмед-паша, Великий визирь, предложил отдать Хюмашах все налоги, собранные за год в Египте. Один из визирей не выдержав такого расточительства, заявил в сердцах, что если султан не передумает жениться, ему придется разорить свой народ. И был тут же казнен. Остальные промолчали, но затаились. Эта свадьба вполне могла прикончить империю, где авторитет верховной власти рухнул из-за прихоти правителя.

Ибрагим же принял молчание Дивана как согласие и потребовал, чтобы каждый из визирей прислал в подарок его невесте по юной красивой рабыне-девственнице и по большому алмазу.

О том, что произошло на Совете, в подробностях доложили Кёсем-султан. Она срочно вызвала к себе Башкадын Турхан-султан. Та сочла благоразумным на время притихнуть и не отпускала от себя Мехмеда. Сначала Шекер Пара, теперь девчонка, на которой Ибрагим вдруг решил жениться. Турхан это не понравилось. Она тоже знала историю Хюррем, которой удалось убрать с дороги законного наследника престола, старшего шехзаде Мустафу.

— Как здоровье Мехмеда, Турхан? – первым делом спросила Валиде.

— Шехзаде здоров и усердно занимается, – сухо сказала Башкадын.

— Тебе придется выбирать: либо ты станешь матерью правящего султана, либо отправишься в ссылку.

— Но Мехмед – наследник!

— У законной жены Ибрагима наверняка родятся дети. Вспомни, как мой сын чуть не убил Мехмеда! Чью сторону ты примешь, мою или мужа, который давно тебя не любит? – Кёсем-султан не мигая уставилась на сноху.

Турхан прекрасно понимала, чего ей будет стоить каждое ее слово. Настало время выбирать.

— Я поддержу вас, Валиде, – еле слышно сказала она.

Кёсем-султан удовлетворенно кивнула. Вопрос с наследником был решен. Пришло время действовать. Она не стала мешать сыну готовиться к свадьбе, это отвлекает его от государственных дел. А не занимаясь ими, потеряешь связь со всеми, у кого есть влияние на армию и народ. Ибрагим сам выроет себе могилу, не надо ему мешать.

…Ночной Стамбул был не лучшим местом для прогулок: с наступлением темноты жизнь в нем замирала. Узкие извилистые улочки, которым, казалось, не видно конца, были полны нечистот, а когда небо сплошь затягивало тучами, в городе становилось так темно, что легко было и заблудиться в нем и угодить в какую-нибудь выгребную яму.

Вымощены эти улочки были скверно, или не вымощены вообще, идя по ним после дождя, можно было по щиколотку увязнуть в грязи, а проехать совсем невозможно.

Блистательная Порта при ближайшем рассмотрении оказывалась грязным унылым городом, где одноэтажные деревянные дома теснились не только на окраинах, но и в центре, и строение с каменным цоколем, да еще выше сорока локтей, заметно выделялось. По-настоящему пригодна для езды была одна только улица, та, по которой кортеж султана отправлялся в Эдирне. По обе ее стороны возвышались самые красивые мечети, а дорога была ровной и относительно прямой.