Книга Мечты, присыпанные пеплом, страница 52 – Наталья Андреева

— Главная она, – кивнула Хюмашах на Анну.

— Слушаюсь, госпожа, – поклонилась калфа, бросив на Анну недобрый взгляд.

«Эту надо будет убрать, – подумала Анна. – Остальных подкупить. Да султану бы на глаза хорошо попасться. Пусть Хюмашах за меня замолвит словечко. Да сказать ей надо, чтобы сюда свезли побольше разного добра. Сам султан ее в жены берет, пусть-ка тряхнет мошной. Я за всем прослежу: куда поставить, где разложить. А как высекут по моему приказу парочку неумех – так и утвержусь я здесь управляющей».

Она впервые так подумала: «по моему приказу». Еще неуверенно, боясь сказать это вслух, но уже пробуя слово на вкус. А каково это – приказывать? До сих пор приказывали Анне, глядя поверх ее головы. Рабыня, недостойная даже того, чтобы за столом прислуживать. Уж очень неловка и некрасива. Лицо жалкое, волосы сальные, сколько их ни намывай, плечи сутулые.

Ступив же на мраморный пол в одной из галерей, Анна вдруг невольно распрямилась. Унижения пригибали ее к земле, Анна постоянно недоедала и ждала побоев, она стремилась сжаться в комок, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. Но теперь все смотрели на нее и ждали ее приказов. Анна разволновалась. Надо будет все тут прибрать к рукам.

Вскоре их позвали ужинать. Для Хюмашах, выросшей хоть и в бедном, но княжеском доме, сидеть за парадно накрытым столом было не в диковинку.

Калфа нарочно, чтобы сразу сбить с девчонки спесь, велела накрыть ужин в том самом зале, где обычно принимали иностранных послов и где обстановка сохранилась еще со времен Ибрагима-паши. Но Хюмашах только обрадовалась. Ее отец презирал турецкие обычаи, и в своем доме, несмотря на бедность, старался придерживаться старых традиций. Хюмашах не любила «есть на полу», как она говорила, и с неприязнью относилась к пирам у паши Абашидзе.

— Что стоишь? Садись, – велела она Анне. И кивнула на кресло рядом с собой.

— Госпожа, как можно? – Анна бросила торжествующий взгляд на калфу. – Я вам буду прислуживать, я ваша раба.

— Слуг здесь хватает, а мне поболтать не с кем. Не буду же я каждый раз задирать голову, чтобы сказать тебе пару слов.

«Да если бы пару!», – Анна невольно вздохнула. Хюмашах не выносила одиночества, совсем как ребенок, который весь день хочет играть. Она не любила читать, писать и вообще чему-нибудь учиться. Любое занятие, требующее сосредоточенности, быстро ее утомляло. Зато развлечения – никогда. Анна надеялась приспособиться. Саму ее больше волновал дворец, набитый богатствами. Надо бы все осмотреть, каждую комнату. Справиться на кухне о припасах, познакомиться с поваром. Анна любила вкусно поесть, но до сих пор жила впроголодь.

Она смотрела на заставленный яствами стол и не верила своим глазам. Неужели так теперь будет всегда?! Все, что только пожелаешь, тебе тут же и принесут. Фрукты, сладости, напитки… Словно в сказке оказалась.

…Хюмашах уснула быстро, очень уж утомилась. Весь пол ее спальни и в самом деле был устлан соболиными мехами. Султан сегодня не приехал, хотя прислал шедрые подарки, прибыл гонец из дворца и сообщил, что повелитель занят государственными делами.

Анна догадывалась, что это за дела. У этого дворца еще сегодня утром был другой хозяин. Понятно, что человек не простой, важный чин. Власть не передают по мановению волшебной палочки. За власть борются до последнего. Анна хоть и была из простой семьи, но ум у нее был живой и по-житейски неординарный. Она не разбиралась в политике и государственных делах, но понимала, что один человек не может всем этим имуществом управлять, равно как и страной.