Книга Бунт османской Золушки, страница 67 – Наталья Андреева

— Замолчи! Ни единому твоему слову не верю! Ты и мне хочешь голову затуманить, как когда-то моему сыну! Шекер Пара почтительна и благонравна. Она воск, из которого я вылеплю послушную куклу. О такой хасеки я и мечтала. А ты убирайся подальше отсюда. Ты лишен титула Наставника Повелителя, а скоро лишишься и остальных. Постарайся о себе не напоминать, чтобы при тебе осталась хотя бы твоя голова, – сказала она насмешливо.

Джинджи-ходжа покинул дворец без позора, но тихо, будто и не он почти безраздельно царил здесь четыре года. Просто исчез, испарился, как будто и впрямь был джинном. А падишах тут же забыл о нем, словно его и не было. Все его мысли занимала Сахарок, она же заняла и все ночи падишаха. Это был их самый первый месяц, самый сладкий.

Исмаил был доволен.

— Это не главный наш враг, но все равно: одним меньше, – сказал он сестре, улучив минутку.

Поскольку Шекер Пара стала частой гостьей в покоях султана, то с его любимым пажом она виделась теперь каждый день. Исмаил старался подбодрить сестру, хотя она и без того оперялась стремительно, эта яркая птичка. Льстила валиде и хасеки, даже Салихе, называя ее сына Сулеймана ангелочком, занималась музыкой и танцами вместе с другими наложницами, будучи хоть и толстой, но грациозной. Шекер Пара так легко носила свой огромный вес, словно и не чувствовала его. Сказались годы деревенской жизни, когда тяжелый труд был ее повседневной обязанностью. А танцы – это забава, даже если приходится учиться им по нескольку часов в день.

Она не была в танцах лучшей, но кое-чему научилась, чтобы порадовать своего султана. Ибрагим охотно смотрел на танцы своих наложниц.

Зато в каллиграфии равных Шекер Пара не было. А также в чтении и стихосложении. Ее уму поражался сам кизляр-ага:

— Будь ты мужчиной, я бы подумал, что ты сюда приехала прямо из медресе! Ты прямо не наложница, а челеби! Ученый муж!

Она скромно молчала, стараясь не пропускать занятий. Пусть думают, что она довольна своей участью фаворитки и не мечтает о большем.

На самом деле Шекер Пара пока не выпускала острые когти, выполняя свой план. Кизляр-ага не спускал с нее глаз. Рабыня, приставленная к ней Кёсем-султан, тоже старалась изо всех сил. Шекер Пара проверила тайник и поняла, что Айше туда заглянула. Серьги и браслет лежали не на месте. Да и где здесь можно спрятать хоть что-нибудь?! Что вещь, что тайну. Один неверный шаг – и привычный мир начнет рушиться. Здесь все за всеми шпионят, дожидаясь момента, когда можно будет урвать свой кусок и разбогатеть.

«Мне пора действовать», – подумала она, глядя в окно на увядающий сад. Скоро гулять там будет холодно, а шехзаде всячески берегут. Надо спровоцировать ссору во время прогулки, когда мальчики будут играть вместе. Видно, что сын рабыни намного крупнее и выше, хотя они с шехзаде ровесники. А Мехмед вспыльчив, в отца, несмотря на то, что хил.

— Какие прелестные дети, – промурлыкала как-то Шекер Пара, стоя на балконе рядом с падишахом.

— Надеюсь, скоро и ты подаришь мне наследника, – обнял ее за талию Ибрагим. И восхитился: – Какая ты огромная! Твой сын будет богатырем, не то что этот заморыш, – он с досадой кивнул на играющих детей.

Шехзаде Мехмед в это время побежал за мальчиком своей кормилицы и споткнулся. Не удержавшись на хилых ногах, Мехмед упал. Ибрагим с неприязнью смотрел, как его сын ревет, словно девчонка, а его обидчик звонко смеется.