Онлайн книга «Бунт османской Золушки»
|
— Я сам! Принеси кипяток и отойди! Ичоглан, слившись с тяжелой, сплошь расшитой золотом парчовой занавесью, жадно смотрел, как колдун кладет на крышечку заварочного чайника кусочек все той же серой амбры и льет через него кипяток. А в чайнике лежат какие-то травы, которые ходжа достал из своего заветного мешочка. Поплыл дурманящий запах, и паж невольно закрылся рукавом кафтана. Джинджи-ходжа поднес дымящуюся чашку к губам Повелителя. Когда султан выпил дурманящее зелье, ходжа достал веревку. Юноша принюхался: пахнуло чем-то горьким, вроде бы полынью. Султан затих, а колдун, выпив зелья из того же чайника, вошел в транс и, раскачиваясь, принялся завязывать на веревке узлы и над каждым читать заклинание: С первым узелком мое заклинание начинается… Со вторым узелком оно сбывается… С третьим узелком магия освобождается… С четвертым узелком заклинание закрепляется… С пятым узелком оно прорастает в плоть… С шестым узелком к небу летит мое слово… С седьмым оно закон… С восьмым моя магия нерушима… С девятым да пребудет со мной великая сила! Завязав последний, девятый узел, ходжа дотронулся им до покрытого испариной лба султана. Ибрагим забился в припадке, застонал, потом откинулся на подушку, закрыл глаза и затих. Ичоглану показалось, что падишах уснул. Колдун подул на узлы и неторопливо спрятал веревку обратно в свой страшный мешок. — Когда повелитель очнется, он будет здоров, – торжественно объявил Джинджи-ходжа. – Я забрал с собой его страхи. «Это сихр, – в ужасе подумал паж. – Колдовство, черная магия. Ходжа использует могущество джиннов! Недаром его называют Джинджи-ходжа! Запретная магия, дьявольская. Это великий грех! Валиде должна знать…» Он отступил, согнувшись в низком поклоне и пряча от колдуна глаза, в которых застыл ужас. Ходжа стукнул согнутыми пальцами в массивную дверь, которую тут же услужливо распахнули перед ним стражники. Стоящая за дверью валиде протянула ходже мешочек с золотом. — Храни вас Аллах, валиде, – в голосе ходжи была насмешка. – Надеюсь, мои покои все еще свободны? Ведь я Наставник Повелителя, мюдеррис в медресе Сулеймание и кади Галаты. Сиятельная валиде все еще нуждается в моих советах? – вкрадчиво спросил он. Кёсем-султан через силу нагнула гордую и все еще красивую голову: — Во дворце Топкапы вам рады, Джинджи-ходжа. Когда колдун ушел, она резко повернулась к дверям султанских покоев: — Исмаил!!! И тут же из спальни раздался надтреснутый голос Повелителя: — Исмаил! Валиде отступила. Сегодня для нее был плохой день. Джинджи-ходжа опять победил. Но война была объявлена. Кёсем-султан никогда не отступала. Не собиралась и на этот раз. Любимый паж Повелителя ей поможет. Все любят золото, и мальчик не исключение… * * * — Принеси мне воды, Исмаил, – хрипло сказал султан. Он долго и жадно пил, потом ичоглан аккуратно и нежно промокнул мягкой душистой тканью щеки и бороду султана. — Какие приказания будут у моего повелителя? — Я хочу женщину. — Прикажете позвать Турхан-султан? — Нет! Не ее! Она совсем помешалась на сыне! Только и говорит, что о мальчишке! Не будь он еще щенком, я приказал бы его задушить. Я знаю, мать и старшая хасеки хотят посадить на трон Мехмеда! — Повелитель… — Позови наложницу. Девственницу. — Прикажете, чтобы ее выбрала валиде? |