Книга Без прелюдий, страница 37 – Наталья Шагаева

— Идиоты. Такую женщину нужно благодарить за то, что она дарит мужчине.

Медленно выхожу из нее, Наталья шипит.

— Что такое?

— Ну ты большой, резкий и грубый. Я не привыкла.

— Привыкнешь, — усмехаюсь, надеваю штаны, застегивая ширинку. — Набрать тебе ванную?

— Нет, — выдыхает она, разворачивается ко мне. — Я быстро в душ и домой.

Пошатываясь идет к кабине, а я с интересом наблюдаю, как она настраивает воду.

— Впервые со мной такое, — смеюсь. — Даже не знаю, что чувствую по этому поводу.

— Ты о чем? — выгибает бровь, вставая под струи воды.

И эта вода, скатываясь по ее телу, подсказывает мне, что домой я ее сегодня не отпущу.

— Обычно это моя привилегия — «в душ и домой». Домой поедешь завтра, — снова снимаю брюки, направляясь к ней в кабину.

— О, нет! — выставляет руки вперед, останавливая меня. — Оставайся там. Примешь душ, когда я уйду.

— С чего это? — ловлю ее руки, которые упираются мне в грудь, не подпуская к себе.

— С того, что у меня дочь дома одна. И я не останусь! — категорично заявляет она, внаглую задвигая створки кабинки перед моим лицом. А я смеюсь. Меня впервые отшили так, что не поспоришь. И вроде бы поимел ее я. А выходит так, что она меня. Интересный опыт.

Выхожу из ванной, выпиваю стакан воды, наливаю еще для Натальи и звоню водителю, чтобы отвез ее домой. Меня немного дезориентирует собственное желание оставить ее на ночь. Раньше, наоборот, хотелось быстрее смыть с себя чужое тело и остаться одному…

Константин

В офисе Евгения Сергеевича, бывшего супруга Натальи, «Маски-шоу»: все лежат мордой в пол под прицелом автоматов. Обыск и изъятие всей документации, включая жесткие диски компьютера. Сам Евгений с бледным лицом, покрытым испариной, пытается что-то объяснить и требовать, но его никто не слушает. Медленно прохожу в приемную, где дрожит его секретарша, заливаясь слезами. Она здесь ни при чем, ее это не касается. Но, согласен, неприятно.

— Девочку не пугайте, — прошу парней. — Елена, — обращаю внимание на бейджик девушки. — Успокойтесь. Бывают и такие эксцессы, но вас они не затрагивают. Просто отдайте этим людям все, что они просят.

Девушка кивает и выпивает стакан воды, стуча по нему зубами. Медленно прохожу в кабинет мелкого гаденыша, наступая ботинками на раскиданные бумаги.

— Добрый день, — осматриваюсь. Впечатляет. Евгений обосрался. То, что надо. Я хотел, чтобы он испытал все то, что испытала Наталья, когда закрывали ее пекарню.

Евгений разворачивается ко мне, его глаза начинают хаотично бегать.

Давлю его взглядом.

А я тебя, мразь, предупреждал: не портить мне настроение.

Но мысленно выражаю этому ублюдку благодарность за то, что поспособствовал моему сближению с Натальей.

— Ты?! По какому праву?! — шипит на меня сквозь зубы, багровея от злости.

— Я, — ухмыляюсь, снимаю пальто, кидая его в кресло. — Документы изъяли? — интересуюсь у людей, которые делают свою работу.

— Да.

— Тогда будьте добры, оставьте нас наедине. Я объясню человеку, по какому праву.

Люди выходят, прикрывая дверь. Евгений открывает бар, наливая себе коньяка. Выпивает залпом стакан, дергая галстук.

— Ну что вы разнервничались, Евгений Сергеевич? Так и до инфаркта недалеко. Выдохните, — сажусь в кресло, опуская руки на подлокотники.

— Ты кто, бля, вообще такой?! — хрипит на меня, наливая еще конька. — Это превышение полномочий! Я буду жаловаться!