Книга Фиктивная жена, страница 79 – Наталья Шагаева

Платон вручает мне ампулу, шприц и дезинфицирующую салфетку. Быстро заряжаю шприц. Арон выключает Серегу, и теперь один Леха уже не справится… Арон скручивает парня и применяет удушающий, не отпускает. Еще немного – и он свернет парню шею.

— Ты убьешь его, а у парня ребенок недавно родился, жена молодая, и жизнь только начинается, — произношу я. Арон заглядывает мне глаза, сжимает челюсть и отпускает Леху, который хватает воздух, оседает на пол. Надо парням выходной дать и тройную премию. Вредная работа…

Арон зажмуривается и со всей силы бьет в стену, оставляя вмятину, пачкая ее своей кровью.

— Коли! — рычит, задирая рукав.

Спокойно подхожу, ставлю ему укол. И отхожу. Арон обходит парней и спускается вниз.

— Арон! — окрикивает его Платон, посматривая на меня.

— Я за виски, — отзывается он.

— Не стоит! — кричу ему вслед, но он меня даже не слушает.

* * *

Парней я отправил домой, лечиться и тратить внеплановую премию. Платон сидит в гостиной, делает вид, что смотрит фильм, а на самом деле, как и я, не может уснуть, наблюдая за Ароном. Девочки спят в своей комнате. Я жутко устал, шов кровоточит, голова раскалывается, и я тоже закидываюсь обезболивающим.

Мы сидим с Ароном в моем кабинете, он глотает виски, курит и смотрит в одну точку. Полная апатия от лекарства, но как побочка – бессонница от алкоголя.

— Я пытался его глушить, — совершенно безжизненно произносит Арон. Днем получалось – заботы, дела. А ночью он продавливал меня в свою параллель, сонный паралич, проваливаюсь в бездну, и поехало… — он говорит про свое альтер эго. — Это не сон, мозг не отдыхает, выматывает. Сегодня уснул без сил. И тварь показала мне, как Надя болтается в петле. Одна и та же жуткая картинка с ее конвульсиями. Зверь громко ржал, проигрывая эту картинку. Он провел меня туда как наблюдателя, без права помочь. И все... меня сорвало окончательно, я стал уязвим, открылась брешь. Демона нужно кормить. С каждым годом ему всего мало. Когда-нибудь кто-то из нас выиграет: или он, или я. Но исход один… Самоуничтожение.

— Не нужно так говорить! — психую я. — Ты ведь даже толком не пробовал работать с психологами.

Арон поднимает на меня пустые глаза и улыбается. Жутко. Это даже не улыбка, это оскал зверя.

— Я лучше буду уживаться с этой тварью, чем полностью деградирую под действием препаратов. Они вгоняют меня в депрессию, превращая в овощ и импотента, легче вздернуться, — Арон допивает виски и откидывается на спинку дивана, закрывая глаза. — Как я устал, Мир. Я чувствовал, что меня накроет, покушение на тебя спровоцировало новый приступ, — выдыхает он, сглатывая.

— Утром тебя отвезут в дом у озера.

Брат мог справиться. В полной изоляции у него это получается. У Арона свои техники подавления. Но покушение на меня вывело его из равновесия.

— Нет. Ты сейчас не справишься, тем более я почти нашел киллера, стрелявшего в тебя. Нам нужны веские доказательства того, что заказчик именно Павлов.

— Арон, я справлюсь, проинструктируй ребят и все.

— Я буду принимать ваши чёртовы пилюли! Похожу импотентом с недельку, не сдохну! — рычит Арон. — Накажем Павлова, обезопасим семью, и я свалю! — твердо заявляет он.

— Хорошо. Спасибо, брат.

В каком бы состоянии он ни был, невзирая на психику и вечную борьбу со вторым «я», Арон рядом. Ни один его приступ не принес нам особых проблем, он, скорее, саморазрушается.