Книга Надежда для пришельца, страница 78 – Эмори Мур

Но Айко заговорил.

— Да, — сказал он тихо, его голос дрожал. — Да, я испытал облегчение.

Надя чувствовала, как внутри закипает злость. Она хотела закричать, ударить, выцарапать ему глаза.

— Как ты мог? — выдохнула она вместо этого. — Он спас тебя! Он погиб, спасая тебя! А ты...

— Я знаю! — Айко сел, запустил пальцы в волосы. — Я знаю, Надя! Я каждый день думаю об этом! Каждую ночь не могу спать, потому что вижу его лицо!

— И что? — она тоже села, глядя на него в упор. — Что ты чувствуешь теперь?

— Стыд. — Он поднял на неё глаза, в которых стояли слёзы. — Такой стыд, какого я не испытывал никогда в жизни. Он погиб за меня, а я... я порадовался.

— Почему?

Вопрос повис в воздухе.

Айко молчал, собираясь с мыслями. Потом заговорил — тихо, сбивчиво, будто вытаскивал из себя каждое слово клещами:

— Я ревновал, Надя. Ревновал так, как никогда никого. Ты даже не представляешь, что со мной происходило, когда я видел вас вместе.

— Мы были вместе с тобой. Втроём.

— Я знаю. И в те моменты мне было хорошо. Даже слишком хорошо. Но потом... потом я смотрел на тебя и думал: а вдруг она любит его больше? Вдруг ей с ним лучше? Вдруг он даёт ей то, чего не могу дать я?

— Айко...

— Дай сказать. — Он вытер слёзы, продолжил: — Я воин. Я должен быть сильным. Должен контролировать эмоции. Но с тобой я теряю контроль. Всегда терял. И эта ревность... она жгла меня изнутри.

— И поэтому ты обрадовался его смерти? — Надя чувствовала, как слёзы текут по её собственным щекам.

— Нет! То есть... не смерти. Тому, что он больше не будет между нами. Это ужасно, да? Я чудовище?

— Ты не чудовище.

— Чудовище. Я воин, который порадовался гибели соратника. Который спас мне жизнь. Я не заслуживаю...

— Замолчи.

Она придвинулась к нему, взяла его лицо в ладони.

— Замолчи, слышишь? Ты не чудовище. Ты живой человек. Ауриши. Но суть одна — ты живой.

— Надя...

— Я злюсь на тебя, — сказала она. — Очень злюсь. Корвус был мне дорог. И ты знаешь это. Но я понимаю.

— Понимаешь? — он смотрел на неё с недоверием. — Как ты можешь понимать?

— Потому что я тоже ревновала. К Вексе, когда ты с ней подолгу разговаривал. К Морвуду, когда он смотрел на тебя с уважением. К каждому, кто касался тебя. Это нормально.

— Нормально — желать смерти?

— Ты не желал ему смерти. Ты желал, чтобы он не стоял между нами. А смерть пришла сама. И ты не виноват, что в первую секунду испытал облегчение. Ты воин. Ты привык реагировать быстро. Ты не успел подумать.

Айко смотрел на неё долго, очень долго.

— Ты правда так считаешь? — спросил он тихо.

— Правда. Но знаешь что?

— Что?

— Если ты ещё раз посмеешь обрадоваться смерти того, кто спас тебя — я тебя убью. Сама.

Он улыбнулся сквозь слёзы — той самой улыбкой, от которой у неё всегда таяло сердце.

— Договорились.

— И ещё.

— Что?

— Иди сюда.

Она притянула его к себе, поцеловала.

Поцелуй был солёным от слёз — её, его, общих. Но в нём было столько нежности, столько прощения, столько любви, что всё остальное перестало иметь значение.

— Я люблю тебя, — прошептал Айко, отрываясь от её губ.

— Я знаю. Я тоже тебя люблю.

— Прости меня.

— Уже простила.

Она легла на спину, потянула его за собой.

— Иди ко мне.

— Лира спит...

— Будем тихо.

Он лёг рядом, прижался к ней. Их тела соприкоснулись — и Надя выдохнула. Это было как возвращение домой после долгой разлуки.