Книга Sex под запретом, страница 36 – Анель Ромазова

— Дашь мне ещё одну попытку? — предложение сделано удивительно-привлекательным тоном вряд ли хоть одна дура сказала бы нет.

— Не думаю, — формулирую по — иному. Я не дура. Я абсолютная дурища, потому что откусила кусок, а проглотить не смогла.

Вздыхаю и никак не определюсь в само́й себе.

— Вот и правильно, — сбрасывает налегке.

— Амин, я не… — голос трясётся, якобы вот-вот захнычу, но это мне не свойственно. Он прикладывает указательный палец мне ко рту, откровенно намекая замолчать и дать ему высказаться.

— Если бы сказала мне раньше, то сделал бы твой первый раз незабываемым. Теперь придётся вернуться и начать заново, — разводит мои ноги, чтобы тут же между них вклиниться. Склониться, гипнотизируя чернотой возбуждённого взгляда. Заразить томлением по новой.

Ничем хорошим это не кончится.

— Я не думаю, Амин, что хочу…, — пытаюсь. Да, я пытаюсь добраться до ясности, но безуспешно. С грохотом в груди проваливаюсь в ощущения.

— Всё, что касается секса, думать буду я. Твоя задача расслабиться и получить удовольствие, — договорив, накладывает алчные губы на торчащий сосок, нежно сдавив зубы у само́й ореолы, потягивает и проходится по верхушечке языком.

Пальцы неторопливо скользят по складкам, растягивают смазку по малым губкам до самого входа. Беззвучно хватаю воздух ртом.

— Амин, — выразительно всхлипываю, когда он проталкивает палец внутрь и надавливает на переднюю стенку влагалища. Хочется на месте подпрыгнуть, но соски поочерёдно оказываются в плену его губ. Зубы смыкаются. Язык вылизывает с жадностью. По коже струйно хлещет жар.

— Ты ахуенно горячая девочка, просто ещё не поняла, как это трахаться на всю катушку, и кайфовать от члена, — тягучими интонациями вводит в какой-то транс, уперев глаза в моё раскрасневшееся от ласк и пара лицо, но, не отрываясь от вылизывания сосков.

Вводит второй палец в лоно, ритмично притрахивая. И я теку, спускаю густые соки ему на запястье и смотрю, едва успевая проглатывать подступающую слюну.

Я же..

О,да!

Знакомый клубок скручивается туже. Самовоспламеняется. Сокращаясь влагалищем, сжимаю его пальцы.

— Кайфовая киска, — довольно урчит Амин.

Грязные словечки заводят с неведомой мне силой. Перестаю замечать, как сама насаживаюсь, раскачиваюсь и отчаянно ловлю каждый толчок и поглаживания.

С ума сойти.

Перед глазами несутся белые круги. Вихри закручиваются там, где он касается. Сгусток восторга приближается, чтобы подхватить меня и подкинуть до небес.

— Тебе нравится?

— Да...очень, — кое-как выговариваю мучась отдышкой и раскалываясь от незавершённости, — Так нравится, а вот когда… нет, — свожу взгляд к детородному органу, пугающему не только размерами, но и воспоминаниями.

Обратно ведь не отмотаешь, а жаль. Напишу статью, к чему приводят хождения по тёмным подворотням. К беспорядочным половым связям, которые на минуточку, ещё пару часов назад я отрицала. Это камень в лобовое стекло Кострова, но благо я о нём не думаю. Зачем Кострова приплетать, когда передо мной Амин.

— С членом, поверь, ещё круче, — нарочно выделяет тоном, предмет нашего обсуждения и моего пристального разглядывания.

Перешагивает борт и, опустившись, усаживает меня верхом себе на бёдра. Лицом к лицу и по пояс в воду.

Ощутив под собой каменную громадину, невольно зажимаюсь, испытав напряжение и страх. Амин тонко определяет причину, вынудившую затаить дыхание, ссутулить плечи, а расправленные ладошки, скомкать в кулаки.