Книга Запретные игры, страница 38 – Наталья Шагаева

— Я не отказывалась. Просто посчитала неуместным обедать с вашей семьей.

— Это всего лишь еда, Надя. Чем тебя напугал Лев?

— Кто?

Снова замираю с вилкой в руках. Если я буду есть и говорить, боюсь, у меня не получится это так эстетично, как у Литвина.

— Лев, мой сын.

— Он был очень недоволен моему присутствию в этом доме и посоветовал мне по-хорошему уйти отсюда.

— Даже так? — цинично усмехается мужчина. — Как он это обосновал?

— Если честно, я не поняла, в чем суть его недовольства.

— Просто передай мне его слова.

— Он сказал, чтобы я даже не надеялась откусить кусок от пирога.

— Сучоныш, — оскаливается мужчина. — Я поговорю с ним. Не сиди в четырёх стенах. Только я решаю в этом доме, кому здесь быть и на что претендовать. — Ешь, Надя, — настойчиво кивает на мою тарелку.

Вторым блюдом нам подают красную рыбу с белым соусом и спаржей.

— Как прошел разговор с Эдуардом?

Снова опускаю вилку, не притрагиваясь к рыбе.

— Он сказал, что свяжется со мной, когда надо. А мне стоит запоминать всё, что происходит в этом доме.

— Ясно. Ладно, ешь, иначе ты снова останешься голодной, — усмехается.

Дальше едим молча, но легче мне не становится. Еще никогда не кушала в таком напряжении. Литвин не задает вопросов, но постоянно смотрит на меня. От десерта и кофе я отказываюсь.

— Пройдем в мой кабинет, — предлагает мужчина, когда мы поднимаемся из-за стола.

— Зачем?

— Ну как зачем? Кажется, у тебя было задание от Эдуарда – изучить мой кабинет.

— Это уже необязательно, вы можете сказать мне, что передавать.

Ну не хочу я в его кабинет. Пространство рядом с Литвином сужается, и мне тесно.

— Я рад, что ты усвоила новые правила игры, но отказываться у тебя права нет, — говорит спокойно, но звучит как приговор. У меня вообще в последнее время ни на что нет прав. — Прошу, — указывает на выход из столовой, пропуская меня вперед.

Иду, постоянно поправляя бретели маечки, которые так и норовят сползти. Когда этот мужчина сзади, мне всегда не по себе.

— Направо по коридору, — указывает направление и открывает дверь из черного дерева.

Прохожу, осматриваясь. Вопреки моим ожиданиям увидеть здесь мрачное помещение с готическими деталями, кабинет Литвина довольно просторный, а обстановка минималистичная. Большое панорамное окно во всю стену с видом на лес наполняет пространство воздухом. Сразу подхожу к окну, всматриваясь, чтобы не смотреть Олегу в глаза. Не могу я так долго оставаться с этим мужчиной наедине. А закрытая дверь вызывает легкую панику. Он ведь может сделать со мной что хочет, и я никак не в состоянии это предотвратить.

Замечаю во дворе собак, одна из них, завидев меня, несется к окну. И я по инерции испуганно отскакиваю.

— Не нужно бояться того, чего нет, — усмехается мужчина, прислонясь бедрами к краю рабочего стола и складывая руки на груди.

— Зачем держать таких страшных собак? — спрашиваю я, все-таки подходя к окну и смотря своему страху в глаза.

Большие, агрессивные собаки – моя фобия с детства. Я гуляла на детской площадке, где под горкой лежал большой бродячий пес. Я, наивная, решила его погладить. Собака укусила меня. Нет, не набросилась и не разорвала, просто куснула за руку. Детство давно прошло, а фобия осталась…

— Территория и так хорошо охраняется.

— Хороший вопрос, киска.