Книга Дочь врага. Мой сладкий грех, страница 21 – Наталья Шагаева

— Нет, я не останусь! — открываю глаза и резко сажусь. — Я совершеннолетняя и вправе решать сама!

Доктор кивает, отдаёт мне бумаги с результатами анализов и расписанное лечение с рецептами в аптеку.

— Тогда жду вас на прием в пятницу, выздоравливайте.

Доктор уходит, а Вадим переводит на меня недовольный взгляд.

С чего это вдруг?

Бесит.

Надоело со мной возиться?

Так я не просила.

— Собирайся тогда, поехали, мы торопимся, — сообщает он мне.

Даже не думаю торопиться. Ухожу в ванную и долго там вожусь.

Мою руки, умываюсь, расчесываюсь.

Во-первых, да, назло Вадиму; во-вторых, сил нет.

— Лиза! — стучит по ту сторону двери Довлатов. — Ты там спать легла? Поторопись!

Выхожу. Вадим с моими документами в руках. Открывает мне дверь, пропускает вперед. Мне сделали какой-то укол, и я чувствую себя немного лучше.

Довлатов молча сажает меня на заднее сиденье, отдает документы и садится за руль. Такой серьезный, сосредоточенный на дороге. Откидываюсь, закрываю глаза.

Где я могла так простыть летом?

— А вот не хрен было в холодном бассейне купаться! — словно читая мои мысли, отчитывает меня Вадим.

Да, было дело. Но лето же.

— Отец у меня вроде есть, — рассуждаю я. — Брат тоже. Моим мужчиной ты быть отказался. Так? — спрашиваю, ловя его взгляд в зеркале заднего вида.

— К чему ты клонишь?

— К тому! Какого фига ты тут меня отчитываешь?! — фыркаю я.

— Затем, что твой отец доверил мне тебя. Сейчас мы едем домой, ты соберешь вещи и поживешь какое-то время со мной.

— Не поняла... Зачем?

— У твоего отца некие неприятности. Надежда едет за город с охраной, ты – со мной.

— Какие неприятности?

Мы часто конфликтуем с отцом. Мы друг друга не понимаем. Но как бы оно ни было, я люблю его, а он меня. И сейчас начинаю волноваться.

— Не могу пока сказать. Но все наладится.

— Я могу с ним поговорить? — набираю номер отца, но мне сообщают, что абонент отключен.

— Там, где он, перебои со связью. Просто будь послушной девочкой. Очень поможешь, — качает головой Вадим.

— Где он? — подаюсь вперед. — Его арестовали?

Вадим кивает.

— Это серьезно?

Волнение нарастает.

— Если пойдет на уступки, то нет. Не переживай, все наладится.

Немного успокаиваюсь. Если Довлатов сказал, что все наладится, значит, так оно и будет.

Я ему верю.

Дома Надежды уже нет, она с кучей охраны уехала за город. Непривычно тихо и пусто. Собираю вещи, просто закидывая в сумку, что попадается на глаза.

Я могу спросить у Вадима, почему мне нельзя поехать с Надей или почему я не могу остаться дома с охраной, или потребовать отвезти меня в городскую квартиру. Но я ничего не спрашиваю, потому что, несмотря на то, что он гад, я хочу в его квартиру и хочу провести это время с ним.

Возможно, через полтора месяца я покину эту страну. И, возможно, не вернусь, чтобы больше никогда не видеть Вадима и не травить себе душу.

Снова звоню отцу, но его телефон по-прежнему отключён. Чудодейственный укол отпускает, меня опять накрывает слабостью. Сажусь в кресло, поджимая ноги, обнимаю мягкого длинного кота, который всегда лежит в моем кресле для красоты, и прикрываю глаза.

Не замечаю, как засыпаю. Просыпаюсь, оттого что кто-то касается моего лица. Открываю глаза и вижу, как Довлатов одёргивает руку. Смотрим друг другу в глаза.

— Тебе мешали волосы, — поясняет он. — Собралась?