Книга Его неуловимая землянка, страница 90 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

— Я знаю, — ответила я. — Я тоже его люблю.

Катя тоже плакала, обнимая меня, когда церемония закончилась, и шептала: «Я так за тебя рада, сестрёнка. Будь счастлива. Ты заслужила».

И брачная ночь, которая наступила следом, тоже была сказочной. Она и началась с совершенно волшебного вида из спальни, куда мой муж занес меня на руках. И я в который раз убедилась, что он у меня невозможный романтик.

Тёмные прозрачные стены открывали вид на океан и звёзды. Как на том памятном пляже. В центре — кровать, застеленная белым шёлком, усыпанная лепестками тех же серебристых цветов, что росли в саду.

Воздух был наполнен их сладким ароматом.

Я стояла посреди этой красоты в его сильных объятиях, чувствуя себя героиней сказки, и не могла поверить, что всё это — моё. Он — мой. Хотелось аж зажмуриться от распирающего абсолютного счастья.

— Анасма моя, — тихо позвал Карион, обнимая меня со спины и легко поймав мою мочку губами.

Горячие искры скользнули вниз по позвоночнику.

Мужские руки легли на мои плечи, пальцы скользнули к застёжке верса. Мой свадебный наряд, сотканный из золотистых нитей, упал к ногам, обнажая тело в тончайшем белье.

Хриплый рваный выдох обжёг мою кожу у виска.

— Ты прекрасна, — прошептал Карион, и я задрожала от предвкушения, которое ясно угадывалось в его голосе.

И больше я не стеснялась и не боялась его. Ведь именно с ним я чувствовала себя самой желанной, красивой и нужной.

Его тёмный верс соскользнул следом, и я с облегчением прижалась спиной к его обнажённой груди, чувствуя жар его тела, упругость мышц и горячую пульсацию его твёрдого желания.

Он целовал мою шею — медленно, жадно, заставляя меня выгибаться и стонать. Властные руки скользили по моему телу, точно заново изучая каждый изгиб, каждую впадинку.

— Как же долго я ждал тебя… — жарко выдохнул он мне в ухо.

— Я твоя, — ответила я, разворачиваясь в его руках. — Вся.

Эти слова стали сигналом. Карион легко подхватил меня на руки и отнёс на кровать. Желанное мужское тело тяжело вдавило меня в матрас, и я забыла, где нахожусь — остался только он и наш общий голод.

Но в эту ночь не было спешки. Мы насыщались друг другом неторопливо и основательно.

Он брал меня медленно, глубоко, проникновенно, глядя в глаза, шепча моё имя, заставляя кончать снова и снова. Каждый его сильный глубокий толчок отзывался во мне вспышкой ярчайшего, чистого удовольствия.

Я чувствовала, как моё тело раскрывается ему навстречу, как пальцы впиваются в его спину, оставляя красные полосы.

— Карион… — простонала я, когда очередная волна накрыла меня с головой.

— Моя, — прошептал он, ускоряясь. — Только моя.

Он кончил с рыком, прижимаясь лбом к моему лбу, тяжело дыша. Мы лежали, сплетённые, под звёздным небом. Волны шумели где-то внизу, две луны светили сквозь прозрачные стены, и я чувствовала, что переполнена своим счастьем до самой макушки.

Но Карион, отдышавшись, вдруг поднялся, подхватил меня на руки и понёс к стеклянной двери, ведущей на террасу.

— Куда мы? — удивилась я.

— Увидишь, — загадочно ответил он. — Тебе понравится, Маша.

Бассейн оказался огромным, с подогревом, подсветкой и видом на бескрайний океан. Вода светилась мягким голубым свечением, а над головой переливались роскошные звёзды.

Карион спустился по ступеням, держа меня на руках, и только когда вода достигла его пояса, опустил меня. Я обхватила его ногами, прижимаясь ближе, чувствуя, как вода ласкает кожу, а его руки скользят по моей спине.