Книга Его неуловимая землянка, страница 46 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

И медленно, пристально глядя мне в глаза, поднёс мою руку к своим губам.

Поцелуй был лёгким, почти невесомым. Горячие мужские губы коснулись кончиков моих пальцев, один за другим. Указательный. Средний. Безымянный. Мизинец.

А я забыла, как дышать.

— У тебя очень красивые пальцы, Мария, — хрипло заметил хард. — Такие нежные… тонкие…

А я продолжала заворожённо пялиться на него. Не могла отвести взгляд от того, как его губы снова и снова касаются моей кожи. Как язык дразняще проводит по подушечке. И та безумная ночь снова перед глазами. Во всех красках и позах.

— Ты... — голос сорвался. — Ты специально это делаешь?

— Что именно? — в багровых глазах харда плясали довольные молнии.

— Мешаешь мне работать.

Карион усмехнулся. Не отпуская моей руки, он медленно сел в кресле, приближая своё лицо к моему. Теперь мы были на одном уровне. Еще ближе…. еще опаснее…

Оборудование тихо гудело за спиной, высвечивая идеальные показатели.

— Я хочу задать тебе один вопрос, Мария, — серьезно сказал он. — И хочу получить честный ответ.

Я сглотнула. Ну вот…

— Какой?

Он помолчал секунду, разглядывая моё лицо.

— Ты боишься меня?

Я открыла рот. Закрыла.

— Да, — сказала, наконец. — Боюсь. Очень.

Карион кивнул, будто ожидал этого.

— А ещё?

Я не поняла.

— Что ещё?

— Что ты чувствуешь ко мне еще, кроме страха? — терпеливо пояснил он.

Я смотрела в его глаза, и в голове проносились обрывки воспоминаний. Его руки на моём теле. Губы на шее. Жар, от которого плавился мозг.

А еще утренний завтрак, цветы, сладости. И эта странная, пугающая нежность, которой я не заслужила.

— Не знаю, — прошептала я честно. — Я сама не понимаю.

Хард усмехнулся едва заметно.

— Этого достаточно, — снова кивнул он. — Пока достаточно.

Я чувствовала на пальцах тепло его губ, а внутри медленно закипало раздражение.

На себя больше. И чего я тут растеклась как восторженная идиотка? Хард — опасный хищник. И больше всего он опасен именно для меня с сестрой.

А еще я злилась на эту дурацкую игру, в которой я всё время оказываюсь в проигрыше, да еще и выставляю себя бесхребетной дурочкой на радость ему.

Хватит!

— Чего ты хочешь? — выпалила я, глядя ему прямо в глаза.

Карион удивлённо приподнял брови. Кажется, такого прямого вопроса он не ожидал.

Я спохватилась и быстро поправилась, пытаясь придать голосу деловой оттенок:

— Те есть, я хотела сказать. Что вас беспокоит? Обычно пациенты сами говорят, зачем пришли. Не может же быть, что вы просто так, ни с того ни с сего, решили пройти полную диагностику. Есть какие-то неприятные симптомы?

Хард медленно, с ленцой сытого хищника усмехнулся.

— Беспокоит, — ответил он коротко.

Я придала лицу заинтересованное, нейтральное выражение и высвободила, наконец, свою кисть из его пальцев. Он отпустил ее без сопротивления, а я с облегчением сделала шаг назад. Взяла планшет с соседнего столика, включила запись, в ожидании подняла глаза на своего самого сложного пациента.

— Так что? — деловито спросила я, приготовившись записывать.

Карион откинулся в кресле, верс на его плечах колыхнулся живой тенью, но торс так и не прикрыл. А в глазах харда заплясали те самые мега опасные насмешливые искры.

— Плохо сплю в последнее время, — просто сказал он.

И посмотрел так, что у меня планшет чуть не выпал из рук.