Книга Лето надежд, страница 71 – Катарина Херцог

Энн почувствовала, как краснеет. Откуда вдруг взялась эта глупая мысль? В последние годы отношений их интимные встречи случались реже, чем Рождество и Пасха. Ей ужасно захотелось вернуться в гостевую комнату, но Колин уже заметил ее.

— Тебе не стоило вставать с постели, — сказал он, нахмурившись.

— Мне уже гораздо лучше.

— И все же… Я принесу тебе еду, как только она будет готова.

— Ты же знаешь, я никогда не умела просто лежать и ничего не делать.

Колин окинул ее оценивающим взглядом.

— Ладно, но хотя бы присядь, — сказал он. — Тебе действительно нужно поберечься. В конце концов, тебя не трехколесный велосипед сбил, а машина. У тебя может быть сотрясение мозга, а это не шутки.

Энн опустилась на один из высоких стульев у барной стойки, примыкающей к кухонному острову. Это были последние предметы мебели, которые она купила для коттеджа «Ива».

— Выпьешь что-нибудь? Раньше, когда ты наблюдала за тем, как я готовлю, ты всегда наливала себе бокал вина, — усмехнулся Колин.

— Сегодня я точно обойдусь без вина. А вот стакан воды был бы кстати!

Пока Энн маленькими глотками пила воду, Колин занимался подготовкой ингредиентов. Он работал с отточенной легкостью, и Энн чувствовала, как постепенно расслабляется, наблюдая за его размеренными движениями и слушая ритмичное постукивание ножа по разделочной доске и звон мисок и сковородок.

— Здорово, что ты так любишь готовить, — сказала она. — Я всегда воспринимала это как скучную обязанность, но для тебя это что-то вроде медитации.

Колин налил масло в сковороду.

— А еще это способ замедлиться. Особенно после долгого рабочего дня. — Ножом он переложил картофель и зелень с разделочной доски в сковороду. Овощи зашипели, и кухню наполнил приятный запах. — В кабинете мне приходится принимать сотни решений, постоянно искать выход — и в идеале делать это за считаные секунды, — сказал он спустя некоторое время. — Когда готовишь, достаточно просто следовать инструкциям в рецепте, и все так удивительно предсказуемо.

— Я смотрю на это иначе. — Энн скривилась. — Например, я до сих пор отчетливо помню, как однажды использовала пищевую соду вместо разрыхлителя, когда пекла шоколадные маффины для Айлы. Маленькие кексики так сильно поднялись, что превратились в настоящих монстров из теста.

— Я тоже это помню, — улыбнулся Колин. — В готовке ты всегда позволяешь себе немного творческой свободы. Думаю, так проявляется твоя артистическая натура. Я же, наоборот, строго следую рецепту. — Он сделал паузу и взглянул на нее. — Что такое? Я что-то не так сказал?

— Нет-нет. — Тема выпечки напомнила ей о Шоне, и вместе с этим — о том, почему она так опрометчиво перебежала через дорогу и оказалась на пути «Гольфа». Она хотела отправиться в «Сладкие штучки» и поговорить с подругой о шантаже Би! Внезапно Энн стало трудно дышать.

— Снова голова кружится? — обеспокоенно спросил Колин. — Выпей еще воды. — Он наполнил стакан, и она залпом осушила его.

— Теперь получше? — спросил Колин.

«Нет!» — подумала она, но ответила:

— Да.

— Тебе стоит снова лечь. — Колин забрал у нее стакан и помог подняться. Колени так сильно дрожали, что Энн пришлось опереться на него всем весом, чтобы устоять на ногах. На лбу выступил холодный пот, голова кружилась, зрение затуманивалось. Она пошатнулась.