Книга Риск падения, страница 16 – Эбби Хименес

— Эти женщины смотрят на меня как на сексуальный объект, и ты думаешь, что это смешно?

— Какие они, когда ты не дома? — спросила я.

— Очень прилипчивые.

— Ха!

Он сдержал смех.

— Прости, но там действительно восемь кубиков? Такое бывает?

— Я тебе не скажу. Мой тщательно вылепленный пресс — не твоего ума дело.

Я прикусила губу и сократила расстояние между нами, пока не оказалась в нескольких сантиметрах от него.

— Ладно, — согласилась я. — Тогда я больше не буду спрашивать тебя о твоём сексуальном теле.

— Хорошо.

— Ты не кусок мяса.

— Нет, я не кусок, — согласился он.

— И я хочу, чтобы рядом со мной ты не боялся за свою безопасность.

— Я боюсь за свою безопасность, — сказал он с притворной серьёзностью. — Очень.

— Ой. А что я могу сделать?

Он приподнял бровь.

— Можно мне спрей от медведей?

— Ты действительно хочешь, чтобы я держалась от тебя подальше?

— Если подумать, то нет.

Мы улыбнулись друг другу.

Он был так близко, что я чувствовала тепло его тела. И мне нравилось это тепло.

От него приятно пахло. Мне нравилась его лёгкая щетина, то, как он напрягал предплечья, когда поднимал ведро, его широкая улыбка и глубокие карие глаза. Мне понравилось, что старушки испекли для него печенье. И что он спас рыбку и говорил о деревьях.

Сэт был в моем вкусе.

Сэт, наверное, был во вкусе всех.

Я задалась вопросом — а была ли я в его вкусе?

Его глаза опустились на мои губы. А мои — на его.

Кто-то внизу закашлял. Мы прервали зрительный контакт и посмотрели вниз.

— Э-э, у меня тут краска, — сказал Джон, ему явно было неудобно.

Мы отступили друг от друга, мгновенно почувствовав неловкость. Ну, по крайней мере, я точно.

— Спасибо, — сказал Сэт, проведя рукой по волосам. — Э-э, нам нужно освободить ведро, дай нам секунду.

Мы перенесли печенье, каким-то образом умудрившись не смотреть друг на друга. Когда мы закончили, Сэт опустил ведро к Джону, а я стояла, не зная, что делать. Мне пришлось обмахивать лицо, потому что щёки у меня горели.

— Хочешь, я помогу тебе все поднять? — спросила я.

— Нет, я сам, ты же не любишь выступы.

— Ладно, — я показала большим пальцем через плечо. — Тогда я начну снимать панельки с выключателей?

— Хорошая идея.

И убежала в свою квартиру.

Сэт

— Как дела в гнезде орла? — спросил Гейб по громкой связи.

Я снял ботинок и посмотрел на ушибленную лодыжку. Сегодня на ногу пришлась слишком большая нагрузка, и теперь она пульсировала от боли. Мне не следовало поднимать и переносить половину того, что я поднимал и переносил, но желание помочь Шарлотте перевесило здравый смысл. Весь день мы занимались покраской её квартиры, и она теперь выглядела великолепно. Сейчас было уже больше восьми вечера. Мы только поужинали — пицца и пиво на лестничной площадке — и разошлись принять душ. И через полчаса собирались встретиться на улице — поесть пикантное печенье и посмотреть на моем ноутбуке сериал, который нам обоим был интересен.

— Делаются, — ответил я.

— Она классная? — спросил Гейб.

Я бросил ботинок рядом с кроватью.

— Она больше чем классная. Классная — это даже не то слово.

У меня было ощущение, что мы на каком-то эпическом 24-часовом первом свидании. Разумеется, это было не свидание. Просто странное стечение обстоятельств, в котором оказались мы оба, и которым Шарлотта, видимо, пользовалась по максимуму.