Книга После брака. Не предают любя, страница 67 – Анна Томченко

У неё вспыхнули щеки.

— Ну а что? Разве я не права? Мы на протяжении ещё стольких лет с тобой вместе, а получается так, что я все равно ни разу потом не забеременела. То, что я забеременела Маришкой, это на самом деле чудо Господне.

Я тяжело вздохнул.

Это было не чудо Господне, а, как я подозревал, это была шикарная гормональная терапия. Уже потом до меня стало докатываться осознание, что любая любовница стремится стать женой. И вот эти все пафосные речи о том, что «я рожаю для себя, мне никто не нужен, я на тебя ребёнка вешать не буду» – они всегда остаются только лишь речами. А в дальнейшем получается так, что ребёнку все нужно, все необходимо, и никакой автономии в этой истории быть не может по определению.

— Ты все равно не права с тем, что рассуждаешь, будто бы к тебе как-то иначе относятся и к твоей дочке тоже. Но на самом деле, Регина, я хочу поговорить с тобой о другом. Во-первых, мне интересно, что ты Кандагарову передавала из моих документов?

И в этот момент глаза у Регины полыхнули. Только сначала это был огонёк раздражения, а вот после испуг. Но и тот такой достаточно вялый. Из чего я делал вывод, что Регина прекрасно знала, что она делает. И она знала, что однажды наступит момент возмездия.

— Второй момент, – медленно произнёс я, – когда мы разберёмся со всей этой темой, мне хотелось бы от тебя услышать вот что: готова ли ты растить ребёнка одна и какие базовые условия для этого необходимы?

— Ты чего, Петь? Ты чего? – А вот здесь испуг был настоящий, переливающийся всеми оттенками паники, ужаса и, вполне возможно, неотвратимости судьбы.

— И, соответственно, третий. Не вопрос, но утверждение: с тобой я спать больше не хочу, не буду. Ты для меня слишком пресная, и практически всегда я в постели с тобой без сильного желания.

Я никогда не считал себя правым подслащивать пилюлю в общении с женщиной. Мне казалось, что это низко. Правда ведь тем и ценна, что её не надо прятать.

— Скажу больше – последние, наверное, пару лет от этой связи у меня больше раздражения, нежели чем кайфа. Понимаешь, одно дело твоя актуальность, когда у меня там жена. А так фактически ты стала женой, и связь потеряла какую-либо эксклюзивность, скажем так. Для меня это все те же отношения. Плюсом ко всему твои рассказы о том, что ты рожаешь для себя, оказались всего лишь очень интересным и не особо творческим вымыслом.

— Петь, ты с ума сошёл? Да я так и знала, что появление твоей бывшей жены не пройдёт просто так. Петь, ты чего?

Она дёрнулась ко мне, и я, выставив руку вперёд, перехватил её за горло. Взгляд у меня был тяжёлый, холодный.

— Вот мне интересно, Регин, ты как с Кандагаровым снюхалась? Где ты познакомилась или на тебя вышли?

Глаза бегали – врала.

— Вот я бы на твоём месте сейчас переживал именно за эту проблему. Потому что она относится к тому, что я не прощаю, нежели чем ты сейчас трясешься за то, что лишаешься кошелька на ножках. И четвертое. Не утверждение, не вопрос, а просто на подумать – я хочу забрать Маришку. Я не хочу, чтобы ты её растила. Я прекрасно с этим справлюсь сам. Тем более с учётом того, что действительно моя бывшая жена приехала в Россию. Я планирую сделать так, чтобы она осталась.

Регина закачала головой, отчего светлые волосы начали прыгать по плечам. В глазах было столько непонимания и, казалось, какой-то звериной паники, что это было даже не смешно. Её реально травмировал тот факт, что мы расстаёмся, а не то, что она крыса и я все прекрасно знаю о том, что и кому она когда сливала.