Книга Четыре года после развода?⚡️. Основано на реальных событиях. 1ч, страница 153 – Мила Букина

— Ты живёшь уже пятый год не в родительской семье, а в нашей собственной. И в нашей семье другие правила – каждый должен помогать друг другу. Теперь у нас будет так: кто первый пришёл, тот забрал ребёнка из сада и приготовил ужин. Действуй.

Эля прикрыла лицо руками, стараясь сохранить свои последние силы и не уйти в скандал – на него сейчас просто не было ресурса. Она направилась в постель, и уходя только тихо бросила ему:

— Ты идиот...

Уже через пятнадцать минут Эля крепко спала, а Семён стиснув зубы молча пошёл готовить ужин и кормить дочь.

Эля проспала тринадцать часов – она проснулась только к обеду, ощущая, как затекло её тело от сдавливающей футболки и стесняющих джинсов, в которых она рухнула в постель, придя накануне с работы. И всё равно она не чувствовала себя отдохнувшей. Если б не урчание в животе, она продолжила бы спать.

Она встала, переоделась в домашнюю одежду, умылась, смывая с себя присохшую косметику, и пришла на кухню. Вся кухня была заставлена тарелками, кружками и ложками. Стол, пол и плита были чем-то заляпаны. Эля только вздохнула, глядя на этот хаос. Прежде чем готовить завтрак, ей пришлось всё отмывать. Дома никого не было, кроме бабушки, очевидно Семён с Викой ушли гулять в парк, за окном была зима, они часто ходили туда кататься на санках с горки.

Приготовив омлет, она позавтракала и ощутила, как сначала всё свело внутри, и только потом разлилось долгожданное тепло в желудке. Она не ела уже вторые сутки. Потом она приготовила обед, запустила стирку, погладила накопившееся за неделю бельё, и к этому времени Семён вернулся с Викой с прогулки. Дочь, скучающая по маме, сразу же подбежала к ней с криками:

— Мама, мама… а я быстрее всех с горки съехала, даже быстрее мальчишек.

— Викуся, ты у нас такая молодчина. Будешь спортсменкой, как папа.

Вике уже исполнилось пять лет. Она посещала старшую группу детского сада. И росла всё такой же смышлёной девочкой.

Эля помогла Вике снять шубу и шапку, потрогала её, поняла, что та вся насквозь мокрая, и сурово посмотрела на Семёна.

— Она ведь только после болезни. Неужели нельзя было прийти домой до того, как она вся взмокнет?

— Да как я узнаю, что она мокрая? На ней столько одежды. Она же сама не говорит, что запарилась, даже не замечает этого.

— Легко и просто. Руку за шиворот засовываешь – и всё становиться ясно... я понимаю, что она сама могла не сказать, но ты же взрослый, сам подумай. Когда тебе что-то нужно, ты находишь способ. Просто тебе это не особо важно.

— Мне всё важно, что касается тебя или дочери. Хватит, Эля! Ты последнее время постоянно на взводе, я уже не понимаю, как с тобой говорить – любое моё слово превращается в упрёк. Одни только обвинения и слышу в свой адрес, чтобы я не делал, ты вечно не довольная. Уже и делать ничего не хочется.

— Правда? Интересно с чего бы это… – Эля сжала губы, пытаясь быть сдержанной – Мне сейчас не до больничных. Меня, между прочим, назначили на должность регионального менеджера. А ты вчера даже не поинтересовался о моём назначении, я ждала, что ты что-то спросишь.

— Я не сомневался, что тебя назначат. Это было ожидаемо. И с тобой вчера разговаривать было невозможно, я уже не знал, с какой стороны подойти, чтобы не сделать ещё хуже. Я решил сперва дать тебе отдохнуть.