Книга В паутине лжи. Цена предательства, страница 19 – Алла Нестерова

Я достала телефон, поставила его на беззвучный режим. Не хватало ещё, чтобы он услышал уведомления. Написала Дине: «Крупно поссорились. Сплю в гостевой комнате. Всё идёт по плану».

Ответ пришёл мгновенно: «Держись! Завтра увидимся, всё обсудим!»

Проснувшись утром, я поняла, что Антон уже ушёл на работу. Я даже не слышала, как хлопнула входная дверь, будто он крался, чтобы не дай Бог, я не застала его и не продолжила разговор. Трус. Вчерашний разговор явно выбил его из колеи, и он предпочёл сбежать, лишь бы не продолжать спор. Я лежала в гостевой комнате ещё минут десять, прислушиваясь к тишине квартиры. Наконец, встала, приняла душ, выпив кофе, я начала собираться на встречу к отцу. Выбрала строгий костюм — тёмно-синий, с юбкой-карандаш, подчёркивающей фигуру, но не вызывающей. Волосы собрала в низкий пучок, макияж минимальный: немного тонального крема, чтобы скрыть следы бессонной ночи, и лёгкий блеск для губ.

Офис отца находился в одной из сталинских высоток на Котельнической набережной — серо-жёлтый исполин, возвышающийся над Москвой-рекой, как страж старой эпохи. Я редко бывала здесь: отец всегда чётко разделял работу и семью. В детстве я представляла его кабинет тронным залом, где он, могущественный король, управляет своей строительной империей. Реальность, конечно, оказалась скромнее, но здание всё равно впечатляло своим величием.

Охрана на входе узнала меня, пропустила с улыбкой. В лифте, поднимаясь на двадцать второй этаж, я проверила отражение в зеркальной стене. Прямая спина, спокойное лицо. Никто не догадается, что внутри меня бушует буря.

Приёмная отца встретила запахом свежесваренного кофе и приглушённым светом. Елена Петровна, его секретарь — женщина лет пятидесяти с идеальной укладкой, — оторвалась от монитора.

— Анжелика Станиславовна! Станислав Сергеевич вас ждёт. Проходите.

Я кивнула и толкнула тяжёлую дубовую дверь.

Кабинет отца был воплощением его характера: строгий, но тёплый. Массивный стол из красного дерева, кожаные кресла, панорамные окна с видом на Москву. На стенах — грамоты, дипломы, фотографии с объектов. Среди этого официоза — наш семейный портрет, сделанный лет пятнадцать назад. Мама, папа, я и Саша — счастливые, улыбающиеся.

Отец стоял у окна, заложив руки за спину. Матвеев Станислав Сергеевич, шестьдесят два года, седые виски, осанка военного. В молодости он служил в стройбате, в девяностые создал «ЭлитСтрой» с нуля: бригада из пяти человек, старый грузовик и море амбиций. Теперь его компания — сотни сотрудников, миллионные контракты, десятки объектов по всей стране. Он гордился тем, что добился всего сам, без связей и криминала, только своим умом и упорством.

— Лика, — он повернулся, и его строгое лицо смягчила улыбка. — Точна, как швейцарские часы.

— Привет, пап, — я подошла, чмокнула его в щёку. От него пахло дорогим парфюмом с лёгкой нотой сигар, хотя мама заставила его бросить курить три года назад.

— Садись, — он указал на кресло напротив стола и сам устроился в своём. — Значит, решилась прийти в семейное дело?

— Да, — я села, скрестив ноги, стараясь выглядеть уверенно. — В юридической конторе я упёрлась в потолок. Хочу расти, пап. У тебя проекты, масштабы… Думаю, мне стоит попробовать.

Он откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы, и внимательно посмотрел на меня.