Книга Запретная. Искушение, страница 76 – Кэти Андрес

Я открыл глаза. Часы на тумбочке показывали семь утра.

Спал я от силы часа три, но, странное дело, чувствовал себя бодрее, чем после двенадцати часов глубокого сна. Адреналин? Или то самое чувство, в котором я вчера признался Светке на крыльце?

Я повернул голову. Баррикада из подушек за ночь рухнула — видимо, я все-таки ворочался. Но Кира спала там же, у стены, свернувшись в свой любимый клубок.

Будить её не хотелось. Она спала так сладко, приоткрыв рот, и выглядела сейчас лет на пятнадцать — беззащитная, трогательная. Но нам нужно было ехать. Больница, оформление, чертова бюрократия.

Я приподнялся на локте, собираясь её позвать, и замер.

Моя огромная футболка, в которой она спала, предательски задралась почти до самой груди. Джинсы она, естественно, сняла, как только я вчера выключил свет, оставшись в одних трусиках. Черных, лаконичных, идеально сидящих на её бедрах.

Взгляд сам собой скользнул по длинным стройным ногам, по плоскому животу, который мерно поднимался и опускался при дыхании, по тонкой полоске кожи, выглядывающей из-под резинки белья.

Мой организм, который и так находился в состоянии перманентного стресса, среагировал мгновенно. Член налился тяжестью, упираясь в спортивные штаны.

— Твою мать, — беззвучно выругался я, отворачиваясь к потолку и считая до десяти. Не помогло.

Я снова посмотрел на неё. Протянул руку и аккуратно убрал непослушную прядь темных волос, прилипшую к её щеке. Кожа была горячей и бархатной.

— Кира, — позвал я тихо.

Ноль реакции. Только нос сморщила.

— Мелкая, вставай. Нам пора.

Она что-то пробурчала во сне и отвернулась к стене, подставляя мне спину и, соответственно, тот самый вид, от которого у меня пересохло в горле.

Я вздохнул. Терпение лопалось, как мыльный пузырь.

Я наклонился к ней, опираясь рукой о матрас рядом с её плечом. Её запах ударил в ноздри — теплый, сонный, родной. Не удержавшись, я склонился ниже и, вместо того чтобы потрясти её за плечо, просто коснулся губами её губ.

Легко. Невесомо. Чмокнул.

Эффект был мгновенным.

Кира распахнула глаза. В них плескался такой неподдельный ужас, словно я её не поцеловал, а облил ледяной водой. Она дернулась, врезалась спиной мне в живот и уставилась на меня расширенными зрачками.

— Доброе утро, — сказал я, не отстраняясь, нависая над ней.

— Ты… ты чего? — испуганно выдохнула она, моргая.

Я усмехнулся, глядя на её растерянную мордашку.

— Так будят любимых, — напомнил я ей вчерашнюю легенду. — Разве не этого ты хотела? «Счастливая жизнь», все дела.

Кира опустила глаза вниз, осознала, в каком виде она передо мной лежит — футболка задрана, ноги голые, — и залилась краской так, что даже уши полыхнули.

Она судорожно схватила одеяло и натянула его до самого подбородка, превращаясь в кокон.

— Предупреждать надо! — возмутилась она, сверкая глазами из своего укрытия.

— О чем? О том, что я собираюсь тебя разбудить? Или о том, что у меня зрение стопроцентное?

Она прищурилась, оценивающе глядя на меня, а потом её взгляд скользнул ниже, на мои штаны, где утренняя проблема была более чем очевидна.

— Ты извращенец? — спросила она с подозрением, но в уголках губ уже пряталась улыбка.

— Я здоровый мужчина, Кира. Который проснулся рядом с красивой девушкой без штанов. Скажи спасибо, что я тебя просто поцеловал, а не воспользовался твоей беспомощностью.