Книга Выход в клетку, страница 26 – Лана Фрейтаг

— И ребенок?

Она закрыла глаза.

— После нас у него всегда кто-то был, — сказала она устало. — У таких мужиков пусто не бывает. Им все время нужен кто-то, кого можно жрать.

Утро добралось до них раньше сна.

Когда Саня заглушил двигатель у низкого бетонного дома, спрятанного за пальмами и ржавой сеткой, небо уже посерело, а воздух стал еще тяжелее. Ночь хотя бы притворялась, что может скрыть чужую грязь. Утро в Таиланде ничего не скрывало. Оно липло к коже, забивалось в легкие паром и делало все произошедшее слишком реальным.

Девчонку они довезли. Это было главное.

Катер ушел пять минут назад. Мужик в белой рубашке забрал ее без лишних слов, как и обещала Андрея. Перед тем как ступить на борт, девчонка один раз оглянулась, будто до конца не верила, что ее правда не вернут обратно. Потом сжала в руке дешевый кнопочный телефон, который дал ей Волк, и исчезла в узком проходе между пришвартованными катерами. На этом все. Без слез, без благодарности, без красивых сцен. Только черная вода, дрожащий свет и ясное понимание, что за такую ночь кто-то потом обязательно захочет вернуть себе свое.

Саня вылез из машины и с такой силой хлопнул дверью, что по крыше посыпалась мелкая пыль.

— Скажи честно, ты совсем ебанулся? — Он провел ладонью по мокрому лицу и зло усмехнулся. — Потому что у меня пока только два варианта. Или ты совсем ебанулся, или я тоже.

Волк обошел машину, открыл заднюю дверь, забрал с сиденья чужую черную туфлю и машинально бросил ее на пол у стены. Девчонка потеряла ее еще на том повороте, где их чуть не впечатали в ограждение. Туфля была дорогая, тонкая, бесполезная. Из тех вещей, которые хорошо смотрятся в кадре и совсем не подходят для бегства.

— Живы, — сказал он спокойно. — Значит, нормально.

— Нормально? — Саня коротко хохотнул. — За нами сели двое. Один почти догнал у марины. Если бы там стоял не катер, а еще один сюрприз от твоей подружки-модели, мы бы сейчас плавали лицами вниз.

Волк достал из кармана пачку сигарет, покрутил в пальцах и убрал обратно. Курить не хотелось. Хотелось умыться, выпить воды и на минуту перестать слышать, как в крови все еще шумит дорога.

— Она мне не подружка, — сказал он.

— Ага. Просто баба, которая звонит тебе среди ночи и говорит: есть девочка, ее сейчас увезут, вытащи. И ты, конечно, сразу едешь. Потому что ты у нас не боец на сборах, а святой Николай, покровитель чужих дур.

Саня злился всерьез. Просто не на него. На ночь, на гонку, на то, как близко все произошло. Волк это понимал и потому не отвечал.

Он открыл кран у раковины во дворе. Вода пошла теплая, почти горячая. Он сунул под нее голову, провел ладонями по лицу, по шее, по затылку. С висков и подбородка стекала грязная вода с солью, потом с потом, потом просто вода.

Они действительно влезли туда, куда не должны были лезть. Не потому, что Волк любил спасать мир. Мир, который он знал, вообще редко благодарил за такие вещи. Просто он слишком хорошо понимал, как устроены красивые виллы, съемки, вечеринки, обещания, координаторы с мягкими голосами и сейфы, в которых лежат чужие паспорта. Такие истории почти никогда не начинаются с насилия в лоб. Сначала тебе дают шанс. Потом цену. А потом выясняется, что назад уже поздно.

Саня сел на низкий парапет, расставил ноги и уставился в сереющее небо. Потом все-таки спросил: