Книга Спайдер и Сторми, страница 14 – Келси Кингсли

— Прекрати!

Ричи сжал пальцы, впиваясь тупыми ногтями в мою кожу.

— Скажи волшебные слова, малыш Чарли.

— Люк! — закричал я, зажмурившись и мечтая оказаться дома в своей комнате с книгой.

— Ну же, — уговаривал Ричи сладким голосом, который резко контрастировал с болью, которую он причинял моей руке. — Поклянись на мизинчиках, и я отпущу. Проще простого.

Я взвизгнул, как раненая собака.

— Хорошо! Клянусь!

И тут же он отпустил меня, мгновенно облегчив боль в руке, и протянул мизинец.

— Закрепи сделку, малыш Чарли.

Я неохотно протянул мизинец левой руки, но вместо того чтобы сдержать свою часть уговора, Ричи схватил мой палец своей огромной рукой и начал его загибать, почти до предела. Я снова заплакал, гадая, где мой брат и почему ему всё равно — почему никому нет дела — пока Ричи наклонился и прижался ртом к моему уху.

— Я сломаю этот долбанный палец, если ты кому-нибудь что-нибудь расскажешь, клянусь Богом. Понял?

— Понял!

— Хорошо.

Ричи отпустил мою руку, затем быстро обнял за плечи.

— А теперь пойдём. Давай нальём тебе выпить.

* * *

В ту ночь я понял, что пиво мне не нравится. Оно было противным на вкус, обжигало горло и отяжеляло желудок. Я с трудом делал каждый глоток, и каждый раз меня слегка подташнивало, но всё равно пил, потому что так велел Ричи. Воспоминания о его угрозах были свежи, и меньше всего мне хотелось его расстроить.

Не помогало и то, что Ричи почти не оставлял меня одного, будто назначил себя моей нянькой. Как будто я в этом нуждался. А ещё хуже было то, что я не знал, куда делся Люк. Я не видел его с тех пор, как мы приехали, и, с трудом глотая пиво, беспокоился о том, что он делал.

«Мама и папа будут так злы»,— ловил я себя на этой мысли не раз, глядя в полупустой стакан с пивом в руке. Но потом хмурился, вспоминая, что вообще ничего не могу им сказать... если только не хочу, чтобы Ричи сломал мне мизинец, а я этого не хотел.

«Что же мне делать?»

Я оторвал взгляд от противного пива и нерешительно оглядел комнату, снова ища брата в толпе подростков. Большинство из них я не узнавал, потому что не ходил в школу почти пять лет. И, кроме того, все эти ребята были как минимум на два-три года старше меня. Даже если бы я знал кого-то из них раньше, они все выглядели такими взрослыми — старше — чем когда я их знал.

Волна тревоги накатила на меня, и у меня заболел живот от ощущения, что что-то очень не так. Я взглянул на часы на стене над развлекательным центром и увидел, что было уже больше девяти вечера. Я пробыл здесь почти два часа, стоя у стены гостиной с тёплым полупустым стаканом пива в руке.

«Боже, где же, чёрт возьми, Люк?»

Мои руки начали дрожать и потеть. Сердце забилось как сумасшедшее, когда я вспомнил, что папа велел нам быть дома не позже десяти.

«Я вообще не хотел сюда приходить».

— Привет.

Я резко обернулся на звук девичьего голоса и увидел незнакомое красивое лицо. Девушка улыбалась и держала стакан, идентичный моему.

— П-привет.

Фу. Я звучал так глупо, как маленький мальчик.

Мне вообще не следовало разговаривать с такой красивой девушкой, которая с лёгкостью могла быть на три года старше меня. Но она, казалось, не заметила моего заикания, и её улыбка стала ещё шире.

— Тебе весело? Ты стоишь здесь уже довольно долго.