Книга Спайдер и Сторми, страница 134 – Келси Кингсли

Я стал её в тот момент, когда остановил того подонка, не дав ему взять её против воли. Мне потребовалось столько времени, чтобы принять это, но теперь я был добровольным участником — любым способом, каким она захочет, столько, сколько она захочет. И я не возражал. Ни капли.

— Я близко, — объявила она, задыхаясь. — Я хочу, чтобы ты кончил вместе со мной.

Я кивнул, но всё же спросил:

— Ты уверена?

— Я бы не сказала этого, если бы не была уверена, — ответила Сторми, а затем добавила: — Я на таблетках. Всё в порядке.

Я снова кивнул.

— Хорошо.

И словно по команде мы рассыпались, слившись в скоординированном хаосе. Наши стоны и крики разнеслись по стенам и кладбищу за ними, и никто, кроме нас и мёртвых, их не слышал. И когда Сторми рухнула на мою вздымающуюся грудь, лениво царапая ногтями мою покрытую татуировками кожу, оставляя следы, небеса разверзлись, чтобы освятить то, что, я знал, было чем-то иным, чем-то особенным, чем-то большим. Дождь барабанил по крыше, молния рассекала небо, а гром сливался с биением наших сердец.

И мне было всё равно.

Потому что, возможно, впервые в жизни я был в безопасности.

МАССАЧУСЕТС, НАШИ ДНИ

Раздражающий поток солнечного света пробился сквозь жалюзи и упал на моё частично повёрнутое лицо, гарантируя, что, если мой будильник каким-то чудом не сработал, ослепительный свет всё равно не оставил бы мне выбора.

Я пробормотал невнятное ругательство — голос был густым от сна и раздражения и, протянув руку, хлопал по тумбочке, пока не нащупал вибрирующий, вопящий телефон. Один глаз, атакованный солнцем, приоткрылся, пока я отключал будильник и увидел дату.

Был ноябрь. Зима приближалась стремительно. Новый год нагрянет прежде, чем я буду к этому готов. Так всегда случалось, и в прошлом ноябре я был благодарен — как и годом ранее, и ещё годом до того. На год ближе к свободе от этого мира, на год ближе к завершению моего приговора — жизни в одиночестве со своей печалью и виной.

Но это был новый ноябрь, не такой, как прежде, и мне напомнили об этом сдвиг веса на матрасе, рука, лежащая на моей спине, и губы, касающиеся моего плеча.

— Который час? — пробормотала Сторми, сонная и едва проснувшаяся.

Я снова взглянул на экран телефона, прежде чем положить его обратно на тумбочку.

— Чуть больше семи.

— Чёрт возьми, — простонала она и перевернулась. — Разбуди меня, когда часы покажут двузначное число, ладно? Спасибо.

Я вздохнул и улыбнулся. И промолчал, вспоминая, как Люк ненавидел утро. Как неохотно он просыпался на работу, как проводил весь день в трусах, если ему вообще не нужно было работать.

«Почему она так напоминает мне тебя?» — мысленно отправил я в тюрьму в Коннектикуте, гадая, что бы он ответил, если бы получил послание.

«Чарли, дружище, я люблю тебя, но… типа, я не хочу с тобой спать. То есть, без обид, но… да, нет. Ты слишком волосатый и странный на мой вкус, спасибо».

Я усмехнулся про себя, затем поднялся и сел голый на краю кровати, откинув волосы со лба и потерев лицо той же рукой. Глянув через плечо, я увидел Сторми, её волосы утром были такими же дикими и хаотичными, как мои. Одеяло плотно обтягивало её плечи, скрывая всё, кроме этой огромной копны чёрного, и я снова не смог сдержать смеха.

— Что, чёрт возьми, такого смешного? — пробурчала она из-под одеяла, явно раздражённая.