Книга Индиго, страница 163 – Келси Кингсли

Если бы я просто остался с ней вместо того, чтобы отпускать её одну в эту чёртову мастерскую.

Как я вообще должен был жить с этой виной, постоянно терзающей мой измученный разум?

— Со временем станет легче, — мягко произнес офицер Пейтон, словно читая мои мысли. — Обещаю, станет легче.

Но в том-то и дело, не так ли? Я не был уверен, что хочу, чтобы стало легче. Не был уверен, что когда-либо захочу чувствовать себя нормально в мире, где больше нет бедной Анджелы. Как я могу чувствовать себя нормально после того, что случилось с Кейт и Нейтом?

«О Боже, Нейт».

— Где Нейт? — спросил я у офицера Пейтона.

— Он на операции, — ответил тот. — И это подводит меня к следующему вопросу… как он оказался вовлечён во всё это?

Я хохотнул, губы едва дрогнули в полуулыбке, пока мысли уносились в прошлое.

— Сколько у вас времени?

* * *

Я не знал, сколько времени провёл в той комнате, рассказывая офицеру Пейтону каждое воспоминание, каждую деталь моей жизни с Нейтаном Мэннингом — вплоть до развязки в доме отца Кейт. Я рассказывал ему вещи, которые, вероятно, не должен был рассказывать: то, что, как мне казалось, я забыл, и то, о чём предпочёл бы не вспоминать. Вещи, которые — давайте посмотрим правде в глаза — были слишком компрометирующими, чтобы говорить их представителю закона. К моменту, когда я закончил, у него были все основания арестовать нас обоих — но он даже не подумал доставать наручники.

— Вы, ребята, через многое прошли, — сказал он, мягко кивая.

Я вытер глаз. Не помнил, когда снова начал плакать.

— Да, прошли.

— Но вы всё равно возвращались друг к другу, — заметил офицер Пейтон.

— Кто, чёрт возьми, знает почему? — проворчал я.

— Потому что некоторые дружбы не поддаются логике, Реван, — ответил он. — Некоторые существуют лишь для того, чтобы поддерживать некий баланс между добром и злом. Сам мир не может существовать без чёрного и белого, и иногда, если присмотреться, эта линия посередине начинает размываться, а стороны сливаются друг с другом. Они как бы перенимают друг друга… и, думаю, ты со мной согласишься.

Офицер Пейтон оставил меня, похлопав по плечу, и пообещал, что в конце концов всё наладится. Верить ему было куда легче, чем тонуть в мутном океане печали и сожалений, поэтому я решил так и поступить, как бы трудно это ни было.

Мои родители были в пути. Они расстроились, что им не позвонили раньше, учитывая обстоятельства. Но я не мог ничего поделать с тем, что они не были первыми в моих мыслях, — и только когда мы с офицером Пейтоном перешли в другую комнату, и он одолжил мне свой телефон, чтобы позвонить, я набрал номер мамы.

Когда они прошли через автоматические двери в комнату ожидания, я встал, чтобы поприветствовать их, как в любой другой день. Они рванули ко мне. Мама бросилась в мои объятия, а папа положил руку мне на плечо.

— Мы чуть тебя не потеряли, дружок, — прошептал он хриплым голосом.

Но это же неправда, верно?

— Со мной всё в порядке, пап, — проворчал я, желая, чтобы мама не держала меня так крепко и так долго.

— Сын Роя… — Папа тяжело вздохнул и покачал головой. — Он всегда был немного… ну, ты понимаешь…

— Проблемным, — пробормотала мама мне в плечо, её пальцы впились в мою спину.

— Но кто мог такого ожидать? — Папа провёл рукой по губам, другой рукой сжимая моё плечо. — Я просто… не могу поверить, что мы чуть тебя не потеряли. Одного раза было достаточно, но дважды?