Книга Архангел, страница 176 – Карина Волк

Уверенно поднимаю руки вверх, признавая, что совершил необдуманный поступок, но иного выхода нет.

— Рома, брат! Это единственный способ. Я должен покончить с прошлой жизнью, чтобы иметь возможность на будущее рядом с Наташей и Варей. Хотел рассказать тебе, но зная, что это ни к чему не приведёт, – отвёл глаза в сторону, не выдержав убийственного взгляда друга. – Этой мой вопрос, не хочу и не буду втягивать тебя в свои криминальные разборки. У тебя большое политическое будущее. Сам понимаешь, что участие в таких сходках, может навредить тебе. Ты и так пострадал из-за меня.

Роман озлобленно сверкает глазами, его раздражение нарастает как снежный комок.

— Брат, ты же понимаешь, что я прав. Тебе ещё в себя нужно прийти после пережитого. Это мой личный вопрос. Вопрос моей семьи.

Соколовский, взбешённый моими речами, бессознательно совершает резкое движение головой в противоположную сторону от меня.

— Какое на х.й политическое будущее. Решается вопрос жизни и смерти. Тебе лучше меня известно, – мотает головой из стороны в сторону, затем глубокого вздыхает и фокусирует пронзительно-злобный взор на мне, проговаривает, – на таких сходках, может произойти что угодно. – А с учётом, того, что ты придёшь с целью навсегда покинуть воровское сообщество, – замолкает и опускает голову. Тебе этого никогда не простят. Ты мне не рассказал, чтобы я тебя не попытался отговорить. Чтобы не остановился от рокового шага.

Тяжело выдохнул.

— Рома, мне известно, что выйти из данного сообщества, я могу только в двух случаях, либо на пенсию, так сказать, по выслуге лет. Но мне это пока не грозит, – слегка кривлю уголки губ. – Либо на тот свет. Ты не должен быть рядом со мной в эту минуту. Будет неминуемый взрыв и тогда тебя обязательно заденет.

Роман судорожно пожимает плечами и, лихорадочно потормошив волосы, кричит, – и при таком раскладе, ты попрёшься к этим людям. Сразу пусти пулю в свою пустую башку и избавь этих авторитетов от лишней работы. Ты же ёб….тый самоубийца.

Соколовский говорил очевидные вещи, ничего нового он мне не рассказал.

— Архангел, я тебя, реально не узнаю, – прохрипел друг. – Ты всегда умел сохранять самообладание и действовал холодно и рационально, – жёстко протрубил Роман. – Так что же с тобой произошло? Ты действительно думал не головой, а жопой. По-другому объяснить твой поступок не могу.

— Рома, верь мне. Я знаю, что делаю. Ровным счётом ничего не поменялось. У меня есть план и я его выполняю.

Подхожу к Соколовскому и по-дружески опускаю руку на напряжённое плечо брата, крепко сжимаю его и твёрдо заявляю, – я всё обдумал. У меня есть шанс, если я предоставлю знатный подгон уважаемым людям. А он у меня имеется, – уверенно расплываюсь в самодовольной улыбке. – Отдам все свои клубы, включая бойцовские. Пусть отходят в общаг. Это весьма приятный куш. Мало кто откажется от такого лакомого кусочка. Согласись?

Соколовский с недовольным выражением лица отбрасывает мою руку и подходит к дивану, небрежно хватает куртку и сурово, безапелляционно произносит, – хорошо. Я еду с тобой.

И только я открыл рот, чтобы возразить, как он яростно взмахнул указательным пальцем и в кабинете раздался устрашающий рёв, – это не обсуждается. Думаешь позволю идти одному. Ты за кого меня принимаешь!? А если, что-то произойдёт. Лёша, п…ц, тебе даже спину прикрывать некому. Надо быть конченым психом, чтобы пойти в волчье логово абсолютно не защищённым.