Книга Архангел, страница 164 – Карина Волк

Непроизвольно сжимаю руль, до такой степени, что костяшки на руках начинают пробиваться сквозь плотную кожу. Терзаемый сомнениями, разрываемый страхами, истинную природу которых пока не могу объяснить, качают головой и плавно прикрываю веки,давая возможность организму восстановить жизненные силы. Инстинктивно чувствую, что от Ангелины исходит явная угроза, уверен, что она способна навредить самым родным и близким людям, но при этом разумом понимаю, что, находясь в специализированной клинике, вечно накаченная транквилизаторами, Ангелина попросту не сможет даже шагу сделать без ведома врачей.

Ни слова, не говоря, сохраняя недовольное выражение лица, открываю дверь и покидаю салон автомобиля, Соколовский следом за мной, также в полной тишине выходит из машины.

Спешным шагом направляемся к дверям клиники, в которую два месяца спустя, сразу после гибели Сизого доставили Ангелину. После того как тело парня было преданно земле, женщина окончательно лишилась рассудка. Прямо на похоронах с ней случился истерический припадок, она винила всех и каждого в смерти Сизого, но особенно досталось Наташе.

— Наслаждайся счастьем,– звучал нечеловеческий голос Ангелины,– но помни, что она зыбко. – Прибывай в мире и купайся в любви, заботься о муже и рожай детей. С пугающей монотонностью, с устрашающим маниакальным спокойствием провозглашала Ангелина. – И вот когда, ты окончательно потеряешь бдительность, погрузишься в состояние блаженства, придёт оно. – Возмездие, которое сейчас в виде зёрнышка, но вскоре прорастёт и окрепнет, придёт за тобой Наташа и ударит по самому уязвимому и незащищённому месту. Дети ответят за грехи родителей,– дьявольский смех последовал после произнесённых слов Наташи. Отголоски ужасающего смеха до сих пор звучат в ушах.

— Архангел,– чувствую, что Роман трясёт за плечо и безуспешно пытается докричаться до меня.– Чёрт, Лёха, ну что ты как заворожённый. Очнись. Вот кабинет главного врача, зовут его Глеб Владиленович Шпиц, – проводит рукой по помпезно-официальной табличке с наименованием Ф. И. О., доктора. – Профессионал высшего класса, уважаемый человек. Поэтому,– грозно поднимает палец и нравоучительно требует,– веди себя с почтением, я долго добивался возможности, чтобы лично он обследовал Ангелину.

— Понял,– безучастно отвечаю я и спешно ударяю пальцами по двери, которая ведёт в кабинет «великого» доктора. Как по мне, так скорее «ужасного» мозгоправа, считаю, что если человек один раз свернул с пути здравого смысла, то это окончательно и бесповоротно. И никакие врачи его уже не спасут, их главная миссия не спасать, а охранять этих людей, ну, может от физических мук избавлять, с помощью транквилизаторов.

Выдержав пару секунд, раскрыл дверь и зашёл в просторное помещение, следом за мной зашёл Роман и, закрыв за собой дверь, улыбаясь, и с уважением произнёс,– доброе утро, Глеб Владиленович. Роман подошёл к пожилому мужчине, который с важным видом восседал за рабочим столом и увидим, что Соколовский отправился к нему, быстро подскочил с кресла и, протянув ему руку, добродушно произнёс,– доброе утро, Рома. – Очень рад видеть в добром здравие, переживал, когда узнал о твоём похищении. Ах, сынок,– грустно воскликнул врач,– сколько ещё испытаний выпадет на твою долю. – Надеялся, что самое страшное ты уже пережил, в стенах данного заведения,– с досадой развёл руками и, нахмурив брови, перевёл изучающий взор на мою скромную скучающую персону.