Онлайн книга «На линии огня»
|
Папочку? Кровь ударила в виски так, что в глазах потемнело. Ревность, горячая и злая, скрутила внутренности в узел. Какой еще «папочка»? Любовник? Ремонтник? Сосед? Она там с кем-то. Пока я по больницам валялся, пока спину себе заново собирал, чтобы на руках её носить, она там… «трогает» кого-то?! Я сжал кулаки так, что костяшки побелели. Ярость застилала глаза. Я готов был вынести эту новую дверь вместе с косяком, плевать на замки. И тут раздался звук. Громкий, басовитый, раскатистый. ГАВ! Я замер, прижавшись ухом к холодной стали. Лай. Знакомый до боли, гулкий лай, от которого, казалось, вибрирует пол. — Тор? – выдохнул я, не веря своим ушам. — Да сидеть, я сказала! – снова завопила Яна за дверью. – Тор, фу! Не смей слюнявить диван! Я только чехлы постирала! Ну прости, прости, – её голос снова стал мягким, воркующим. – Иди пожалею, лохматое чудовище. Ты ж мой сладкий, ты ж мой грязный… Дай лапу вытру, ну куда ты по помытому?! У меня перехватило дыхание. Она забрала Тора? Моя стерильная Яна, которая шарахалась от каждой пылинки, которая боялась шерсти как огня, забрала к себе семидесятикилограммового пса? Злость улетучилась мгновенно, сменившись каким-то теплым, щемящим чувством в груди. Я больше не мог ждать ни секунды. Забарабанил в дверь кулаком – громко, требовательно, по-хозяйски. За дверью мгновенно наступила тишина. Потом послышался цокот когтей и тяжелые шаги. — Кто там еще? – недовольно спросила Яна прямо из-за двери. – Мы доставку не заказывали! — Открывай, сова, медведь пришел! – крикнул я, улыбаясь во весь рот. Лязгнул один замок. Второй. Третий. Щелкнула ручка. Тяжелая дверь распахнулась. И у меня перехватило дыхание во второй раз. Мы общались по видеосвязи каждый день. Я видел её лицо на экране телефона – пиксельное, иногда зависающее. Но экран – это стекло. Он не передает объема. Не передает запаха. Не передает жизни. Яна стояла на пороге, вцепившись в ручку двери. Она изменилась. За эти месяцы она… расцвела. Щеки порозовели, исчезла та болезненная бледность и худоба, которая пугала меня раньше. Она немного поправилась, и это ей чертовски шло – стала мягче, уютнее, аппетитнее. Волосы были собраны в небрежный высокий хвост, открывая шею. На ней была моя старая футболка, которая теперь сидела на ней плотнее, обрисовывая грудь. И никаких очков. Глаза – яркие, зеленые, живые – смотрели на меня широко и немигающе. Секунду мы просто молчали, пожирая друг друга взглядами. А потом её лицо исказилось. Брови сошлись на переносице, губы сжались. — Ты?! – выдохнула она, и в голосе звучал не восторг, а праведный гнев. – Глеб?! Какого хрена?! Я растерялся. — В смысле? Сюрприз… — Сюрприз?! – взвизгнула она, делая шаг вперед и тыча пальцем мне в грудь (палец уперся твердо, уверенно). – Ты сказал – две недели! Ты сказал – массаж! Я тут, понимаешь, готовлюсь! Я хотела марафет навести! Я хотела платье надеть! А ты вваливаешься вот так, без предупреждения, когда у меня голова не мыта и собака не чесана?! Она наступала на меня, маленькая, разгневанная фурия, и я смотрел на неё с восхищением. — Ты нормальный вообще?! – продолжала она отчитывать меня. – Мог бы позвонить! Мог бы… Договорить я ей не дал. Я просто шагнул вперед, сгреб её в охапку и прижал к себе. |