Книга На линии огня, страница 59 – Кэти Андрес

— Тише, тише! Кто «они»? Яна, что случилось? На тебе лица нет.

Я дрожала так, что у меня стучали зубы. Воздуха не хватало. Я пыталась вдохнуть, но легкие спазмировало.

— Таблетки! – прошипела я сквозь стиснутые зубы – Я не могу их найти! Их нет на месте! Ты был у меня… Ты брал?! Куда ты их дел?!

Глеб смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде не было злости. Только тревога. Он всё еще держал мои запястья, и его руки были горячими, как печка.

— Яна, стоп, – сказал он твердо, но очень мягко. – Я ничего не брал. Я лежал носом в подушку, помнишь?

— Но их нет! – я всхлипнула, и силы внезапно покинули меня. Ноги подкосились. – Мне на работу… Сейчас… А я не могу… Я задохнусь… Глеб, я их потеряла…

Я начала оседать на пол, прямо в его прихожей, забыв про шерсть, про грязь, про всё на свете.

— Эй, эй, – он подхватил меня под мышки, не давая упасть, и легко, как пушинку, приподнял. – Ну-ка дыши. Вдох-выдох. Смотри на меня.

Он прижал меня к себе. Одной рукой он гладил меня по спине, а другой придерживал за затылок.

— Никто ничего не брал, – шептал он мне в макушку. – Мы сейчас найдем. Мы всё найдем. Просто дыши, слышишь? Я с тобой.

И я задышала. Вдох – запах его кожи. Выдох – его тепло. Хаос отступал, разбиваясь о его броню.

— Я… я наверное схожу с ума, – прошептала я в его плечо.

— Не сходишь, – ответил он уверенно. – Ты просто устала. Пошли искать твою «наркоту». Вместе.

***

Мы вошли в квартиру, и я зажмурилась, желая, чтобы пол подо мной разверзся и поглотил меня целиком.

Мой стерильный храм. Моя операционная. Мой бастион порядка.

Всё было уничтожено.

В прихожей и на кухне царил не просто беспорядок – это был настоящий хаос, словно здесь искали наркотики во время полицейского рейда. Или словно здесь прошел ураган по имени «Яна».

Ящики были выдвинуты и вывернуты. На полу, на моем идеально чистом ламинате, валялись ватные диски, бинты, упаковки с пластырями, какие-то коробочки с витаминами. Полотенца были сдернуты с крючков и лежали комками.

Я смотрела на это и не верила своим глазам. Это сделала я. Пять минут назад, в приступе безумной паники, я разгромила собственный дом, пытаясь найти спасение от хаоса, и тем самым создала его своими руками.

— Господи… – выдохнула я, и ноги снова стали ватными.

Я схватилась за голову, запуская пальцы в волосы и сжимая виски. Мне стало физически больно смотреть на этот разгром. Грязь. Теперь всё это валялось на полу, собирая пыль, микробы, всё то, от чего я так старательно защищалась. Я сама впустила врага внутрь.

Глеб присвистнул. Тихо, едва слышно. Он стоял посреди этого бедлама, возвышаясь над раскиданными ватными палочками, как Гулливер в стране лилипутов. Но он не смеялся. И не смотрел на меня как на сумасшедшую. Он смотрел на бардак с тем профессиональным спокойствием, с каким пожарные оценивают завалы.

— Так, – сказал он своим низким, заземляющим голосом. – Отставить панику. Сейчас найдем.

Он шагнул вперед, аккуратно переступая через рассыпанные таблетки активированного угля, стараясь ничего не раздавить своими большими ступнями.

— Где ты их хранишь? – спросил он, не оборачиваясь. – Где они должны быть?

Я не могла говорить. Горло перехватило спазмом стыда. Я просто подняла дрожащую руку и указала пальцем на тот самый навесной шкафчик на кухне. Тот, который я перерыла первым.