Книга Переплетённые судьбы, страница 272 – Ариана Баженова

По лицу заструились ручейки горячих слёз. Изо рта рвался отчаянный крик — я зажала его рукой и заскулила.

— Плачь, Кира, — Рома опустил глаза и тяжело вздохнул. — Плачь. Знаешь, как я в свои двадцать три плакал?..

Я подняла на него взгляд — он рефлекторно подался назад. В заломе бровей читался страх от того, что он увидел в моих покрасневших глазах.

Как психолог, я знала, что слова могут кардинально изменить жизнь. Обычно люди моей профессии исцеляли словами. Но сейчас слова Ромы о Лео за одну секунду сломали меня. Когда я итак думала, что ломать уже просто нечего.

— Как так можно?! — наконец, обрела я дар речи. — После всего, что между нами было? Какая это подлость! Это нож в спину!

Схватив бутылку, я сделала крупный глоток горького сухого вина из горла.

— Страдает он! Что-то я не видела на его лице страдания, когда за неделю до расставания он трахал меня в моей квартире, взяв на утро отгул! Кристина ходит к психологу! Посмотрите-ка! — я распалялась всё больше. — Мне, конечно, её жаль, но. Я тоже хожу, и пью четвёртый месяц антидепрессанты, только в этой ситуации никого не будет волновать правда.

Я вскочила и принялась наворачивать круги по маленькой кухне, отодвинув ногой под стол упавший стакан с трещиной.

— Да! Швайн сказала: «Да ты вообще знаешь, сколько она тут уже работает! Бедная Кристина!»

— А я! А я сколько работаю?! Я два года пахала на их контору, чтобы что? Чтобы мой труд обесценили, а меня выставили во всем виноватой?! — я уже почти перешла на крик и почувствовала, как запершило в горле.

Руки сжались в кулаки. Острые ногти впились в ладони.

— Рома, что за лицемерие? Просто потому, что она успела родить раньше меня? А если бы мой декабрьский тест оказался настоящим? Если бы я растила ребёнка одна в Москве? «Лео не ушёл — ведь нужно поднимать на ноги сына». А то, что я зареклась больше кого-либо пускать к себе, и решила, что лучше выберу донора, рожу и буду растить одна? Ходит к психологу — так и я хожу, и сижу на тяжелых антидепрессантах, которые полностью перестраивают работу организма. Это опасно, тем более в юном возрасте — но без них сейчас не могу. Дай-ка угадаю! Кристина страдает и ходит к психологу, потому что, бедная, сходит с ума из-за Киры. Кира ходит к психологу, потому что эмоционально нестабильная дура сама по себе, да? И вовсе ей не свойственны никакие чувства. Так, получается? Где у людей здравый смысл? Что за попытки вывернуть правду и поделить всё на чёрное и белое?

— Да… «Вы не понимаете, это другое», — процитировал Рома расхожее выражение. — Я и говорю ей! Будь я на месте мужика, у которого дома беременная жена, если бы я не хотел, то даже не посмотрел бы налево! Спрашиваю, Ева, знаете, где Лео провёл ночь перед выпиской жены из роддома? В отеле с Кирой! А что он сделал, когда мы с ней станцевали танго в номере? Бегал, метил территорию, названивал ей с претензиями! Но нет, она говорит, Лео поступил как самец, он так снимал стресс. А Кира — шлюха и проститутка, зарабатывала так деньги.

— Что ты сказал?!

Я остановилась посреди кухни. Из груди рвался истерический смех. Мир перед глазами плясал и вертелся как волчок — гнев и боль, помноженные на выпитое вино. В глубине души просыпались и гасли всполохи тёплых воспоминаний — о нашем первом поцелуе, первой ночи, о поездках по Петербургу и искренних разговорах… Тогда я чувствовала, что он не боится быть рядом со мной настоящим, самим собой, и принимает меня такой, какая я есть. Что он искренне целует меня, и каждый день бежит ко мне на остановке с неподдельной радостью, не замечая никого вокруг.