Онлайн книга «После развода. Вернусь любой ценой»
|
Наверное, досада отражается на моем лице, потому что Марк довольно ухмыляется… Понимает, что попал в цель, наступив на больную мозоль… И я впервые за время нашего поверхностного знакомства замечаю нездоровый блеск в его глазах… Ему не просто весело смотреть на мои бессилие и досаду — он счастлив задеть меня. — И что? Я, как ты помнишь, тоже не святой. Так что мы с Мариной на равных. И у нас хватило мудрости и любви забыть о прошлом. Судя по лицу Марины, ничего она не забыла… И не простила… Мысленно благодарю Марка за то, что в этот момент он смотрит на меня… Не видит её неуверенной игры… — Мариш, я не могу поверить, что ты… Мне ты можешь доверять… Родная, скажи, он тебя принуждает? Запугивает, угрожает… Если тебе нужна моя помощь, только скажи! — взмаливается Марк, присаживаясь на край кровати и подхватывая её руку. — Марк, я люблю мужа! И я рожу ему ребенка. Второго, между прочим. У меня двое детей, и я не красотка с обложки журнала, чтобы бегать за мной. — А мне не нужна красотка! Я безумно тебя люблю! Ты для меня… Свет в окне, рассвет и вода в жаркий день… Ты… — Так, все, хватит, — хватаю его за плечо и тяну к выходу. — Я запрещаю тебе подходить к моей жене. Ты понял? — Руки от меня убрал, сученыш! — шипит Марк, отталкивая меня. Мы вываливаемся в коридор. Бехтерев вцепляется в мою шею и пытается душить. Изворачиваюсь и бью его в голень. А потом ещё и ещё… Во мне что-то животное просыпается… Ярость, желание во что бы то ни стало защитить свое, ревность… Ядовитый коктейль бежит по венам, отравляя мое существо… Ненавижу его… И себя… за то, что допустил все это дерьмо, позволил превратить семью в руины… — Мужчина! Вы что тут устроили? Вы же убьете его! С ужасом замираю… Запах крови касается ноздрей, руки дрожат… Я сбил костяшки пальцев, полируя его морду. Кожу обжигает горячее, прерывистое дыхание Марка. Он стонет, пытаясь подняться, а я морщусь от накатившей боли в грудине… Он сопротивлялся. Бил меня в ответ, а я, опьяненный яростью, не чувствовал… — Я сейчас полицию вызову, — орет полная, невысокая медсестричка. — Не надо полицию, мы… — поднимаюсь с пола я. — Я урою тебя, Аверинцев, — цедит сквозь зубы он. — Не думай, что избежишь наказания, мразь! Я подам на тебя в суд за избиение, сниму побои… Тебя закроют, а я верну Марину. — Побежишь жаловаться из-за обычной драки? Я не думал, что ты такой слабак. И… Зачем тебе моя жена? — А-а… Недооцениваешь её? Так я и думал, что ты считаешь её недостойной любви. Один твой вопрос — зачем она мне — о многом говорит, — сплевывает кровавую слюну он. — Отойди с дороги, отдай её мне! — Марина не сама по себе. Есть дети. Ты о них подумал? Готов повесить на свои плечи ответственность? Медсестричка просит нас покинуть отделение. Грозится полицией, просит помощи у охранников на входе, беспрерывно звоня им и требуя подняться. — Мы не закончили, Аверинцев. Жди проблем. — Не смей приходить сюда больше, Марк. Или я добьюсь запрета от полиции. Он усмехается и, подхватив в пола куртку, уходит. Не желая расстраивать Марину, я тоже сваливаю… Споласкиваю руки и спускаюсь к машине. Бехтерев знает, как бить так, чтобы не оставались синяки… Ребра ноют, в животе пульсирует, но… На теле ни одной ссадины. Еду в офис, намереваясь обсудить все с Уманским. Адреналин улетучивается, уступая чудовищному, граничащему с безумием, волнению… |