Книга Казаки-разбойники, страница 47 – Наталья Тимошенко

— Яна сказала. Ты рассказал ей, а она мне. Я не стану спрашивать, почему с ней ты был более откровенен, чем со мной, но мне нужно знать о центре все, что знаешь о нем ты. Мне нужно найти эту таинственную Нику, потому что это единственная ниточка, которая ведет к магу.

И после этих его слов что-то случилось: отец перестал бояться. Будто Никита только что прошел мимо чего-то очень опасного. И тема кризисного центра пугала отца не так сильно, как этот вопрос, который Никита так и не задал.

— Это был не центр даже, – начал отец. – Никакого отдельного поселения, обычная трехкомнатная квартира в обычном доме, где жили несколько женщин. Может быть, со временем они и разрослись в настоящий центр, я не знаю.

— Где была эта квартира?

— В Заречном районе.

Отец назвал адрес. Никита знал этот район: не центр, обычная окраина, которая двадцать лет назад была еще большей окраиной.

— Не знаю, что там делали, в этом центре, – продолжил отец, – но твоя мама вернулась оттуда другой, разрешила забрать вас с Женей домой. Я даже думал, может, зря забрал ее.

Никита не стал расспрашивать подробности, Яна ему и так все рассказала, незачем ворошить эту историю снова.

— Что ты знаешь о Нике? – вместо этого спросил он.

— Она была главной в том центре, хоть и самой молодой, жила вместе с другими женщинами. Когда мы с участковым вошли туда, там было пять женщин, в том числе и Ника. Ей на тот момент было лет двадцать пять, может, чуть меньше. Обычная такая внешность: средний рост, каштановые волосы, подстрижена коротко. Я не знаю ее фамилии, но, быть может, знает тот участковый, попробуй найти его. Нужно найти эту Нику, она должна знать, как избавиться от украшений!

Отец вдруг заволновался, будто до этого момента такая идея не приходила ему в голову. Но это на самом деле была хорошая идея, тем более что в Заречном районе сейчас участковым инспектором работает не кто иной, как Саша Сатинов. И какие бы у них с Никитой ни были отношения, наверняка он не откажется поискать для него контакты того полицейского, что обслуживал участок двадцать лет назад. Если тот участковый испытывал хотя бы половину такого интереса к работе, как Саша Сатинов, наверняка он записал и фамилии всех находящихся в квартире женщин. Вспомнит ли через двадцать лет? Найдет ли те записи? Жив ли еще сам? Это Никите предстояло выяснить в самое ближайшее время.

* * *

С самого утра Лосев, наплевав на все дела, отправился в больницу к Анюте. Вчера она проходила комплексное обследование, которое, увы, дало не самые обнадеживающие результаты: за зрение придется побороться, и не факт, что борьба эта выйдет продуктивной. По крайней мере, так виделась ситуация местным докторам, но Леша не собирался сдаваться, как и сама Анюта. Вчера были готовы еще не все анализы и обследования, но даже если они подтвердятся, то что такое больница обычного областного города по сравнению с Москвой, Санкт-Петербургом и тем более Германией? Они оба сделают все возможное, чтобы зрение к Анюте вернулось. И деньги на это Леша найдет. Уж раз ступил на скользкую дорожку, сходить с нее без достойного вознаграждения не станет.

Анюта сегодня выглядела неожиданно свежо и бодро. Вместо пижамы на ней был розовый со стразами спортивный костюм, волосы чисто вымыты и даже слегка завиты, лицо тронуто легким макияжем. То есть так его называла сама Анюта, Леша же считал, что пять слоев штукатурки никак не могут быть «легкими». Если бы не повязка на глазах, никто не сказал бы, что Анюта Лосева чем-то больна.