Книга Fila vitae. Нити жизни, страница 30 – Наталья Тимошенко

Лера же нырнула в вестибюль метро, но к эскалатору не пошла. Ей все-таки не терпелось обсудить новости с Павловым. Не терпелось настолько, что она еще раз набрала его номер, забившись в угол подальше от пассажиров, чтобы никто не подслушал разговор.

На этот раз Павлов ответил, но голос звучал так хрипло и сонно, что сомнений не оставалось: Лера его разбудила. Это в половине седьмого вечера буднего дня?

— Болею, – просипел в трубку Павлов, когда она спросила, все ли с ним хорошо. Лере было не так уж важно, как он себя чувствует, скорее, хотелось убедиться, что он не пьян и может воспринимать информацию. О том, что Павлов водит тесную дружбу с алкоголем, догадаться было несложно. – Первый раз за последние года три спину скрутило. Надорвал когда-то по молодости, теперь страдаю. До кухни за водой дойти сложно, молчу про аптеку.

Если он и намекал на то, что некому привезти ему лекарства и сделать укол, то Лера пропустила мимо ушей. Они друг другу вообще никто, чтобы она проявляла такую заботу. На крайний случай всегда есть доставка и вызов врача на дом.

— Информацию воспринимать можешь? – только уточнила она. – Или потом перезвонишь?

— Говори, – попросил Павлов. – У меня ж спина болит, а не голова.

— Позавчера ночью нашли еще один труп. Точь-в-точь как Коростаева. Все до мелочей сходится. Здоровая женщина с крепкими зубами, а выглядит как мумифицированная старуха. Татуировки на теле. Одежда не для почтенной старушки.

— Ты вскрывала?

— Нет, не к нам привезли. Но я разговаривала с экспертом. Он, кстати, упомянул, что от трупа страшно воняло сероводородом.

— Интересно, – протянул Павлов. – Я уже тоже приходил к мнению, что этот запах может быть связан с телами. Могут трупы пахнуть чем-то подобным?

— Трупы могут чем угодно пахнуть, – заверила Лера. – Хотя обычно такое происходит при гнилостных разложениях, да и запах немного другой. Но деталь интересная. Ты сможешь узнать подробности? Когда выздоровеешь.

— Постараюсь. Три дня на работе не был, все пропустил.

— Хорошо, поправляйся и звони.

Лера спрятала телефон в карман, огляделась. Народу в вестибюле было еще много, хотя основной поток пассажиров уже спустился вниз в ожидании поезда. Все-таки неприятное ощущение поселилось внутри. Хотя они с Павловым не были даже приятелями, но человек, которого она знает, явно нуждается в помощи. Вдруг на самом деле у него совсем никого нет? Лера прекрасно знала, как сильно может болеть спина, когда нет сил даже до кухни за водой дойти. И пусть ее такие недуги пока обходили стороной, но от радикулита когда-то страдала бабушка, и Лера, с детства проявлявшая интерес к медицине, помогала ей в таких случаях.

С нее не свалилась бы корона отвезти Павлову хотя бы продукты и лекарства, но кто знает, насколько правильно он все поймет? Отбиваться потом от знаков внимания двухметрового алкоголика ей не хотелось. Нет, правильнее будет держать дистанцию исключительно рабочую. Не маленький, справится.

* * *

На самом деле у Олега Павлова и было, и не было кому приехать в случае его болезни. Женат он никогда не был, детей не завел, даже подружки постоянной в данный момент у него не имелось. Родители жили в Карелии, возраст у них уже был слишком солидный, чтобы мчаться в Питер на помощь захворавшему сыночку. Сестра с мужем и племянником обитали в Москве. Если бы он умирал, конечно, то приехали бы, а из-за какого-то радикулита срываться с места никто не станет.