Книга Гадючий Яр, страница 107 – Наталья Тимошенко

Под ее дверями всегда стояла бы очередь. Она не могла бы никуда выйти без назойливого внимания. Такие журналисты, как она сама, писали бы о ней статьи, еще больше рекламируя ее. Если бы она кому-то отказала или вдруг не смогла помочь, ее распяли бы в прямом смысле. О личной жизни пришлось бы забыть, как и вообще о каком-то отдыхе. Все, что она делала бы: лечила, лечила, бесконечно лечила. А если бы вздумала поспать или хотя бы просто посмотреть кино, ей бы напомнили, что в этот самый момент в ее дворе умирает очередной больной, а она, эгоистка такая, думает только о себе. Люди очень быстро перестают ценить то, что дается легко, начинают воспринимать помощь как должное и злиться, когда не получают ее.

— Вижу, ты поняла, – заметил Артур, правильно оценив ее молчание.

— Почему ты сделал исключение для Алексея? – спросила Яра.

— Потому что ты сказала, что он твой друг.

— Но ведь ты понял, что это не так.

— Мне достаточно твоего слова.

Яра долго смотрела на него, желая спросить почему, но промолчала.

— Ты поэтому строишь пансионат? – вместо этого поинтересовалась она. – Чтобы помогать людям, но при этом не раскрывать своих способностей?

— Вроде того, – согласился Артур. – А еще потому, что я обычный человек и тоже хочу хорошо и сытно жить. Помогать бесплатно другим – прямой путь к смерти в нищете. А за пребывание в центре придется заплатить.

— А за что мой дедушка заплатил тебе?

Вопрос вырвался у Яры прежде, чем она успела себя остановить. Артур не посмотрел на нее, даже бровью не повел.

— Он ни за что мне не платил, – спокойно ответил он, глядя на дорогу. – Это были мои деньги по праву, которые хранились у него до моего совершеннолетия.

Раз уж начала, останавливаться было глупо, поэтому Яра продолжила расспросы, теперь не отрывая от него взгляда:

— Кто ты? Почему твои деньги хранились у моего дедушки? Почему он вообще платил за твое содержание в интернате?

— Это был его долг.

— Почему?

Артур не ответил.

— Хватит! – Яра сама не ожидала, что сорвется на крик. – Хватит все от меня скрывать! Почему вы просто не расскажете мне правду? Вы все! Кто ты? Мы… – Она не думала, что произнести такое простое слово окажется так тяжело. – …родственники? Ты сын моего дедушки? Внук?

Артур покачал головой.

— Нет. Мы не родственники. Признаюсь, когда-то я сам думал об этом. Мое желание узнать правду было так велико, что я втайне сделал тест ДНК. Мы совершенно точно не родственники.

Яра почувствовала, как стало легче дышать. Будто тяжелая бетонная плита, которую она вчера сама положила себе на грудь, подумав, что могла целоваться со своим дядей или братом, наконец исчезла.

— Тогда почему?

— Он нашел меня. Я не знал, кто мои родители, но врачи говорили, что они оставили меня в день моего рождения. Мне было несколько часов от роду, когда твой дедушка нашел меня на опушке леса. Завернул в свой пиджак и поехал в больницу. Меня определили сначала в больницу, затем в дом малютки, а потом и в детский дом. Твой дедушка считал себя обязанным следить за моей судьбой. Нет, он не навещал меня, не дарил подарков. По правде говоря, я вообще узнал о нем лет в десять, когда в приют, где я рос, пришел новый директор. Он-то и проговорился, что у меня есть некий «спонсор». С твоим же дедушкой лично я познакомился в пятнадцать. Тогда он впервые навестил меня, рассказал мне, кто я. Еще раз мы встретились в восемнадцать, в день моего совершеннолетия.