Книга Хранительница болот, страница 95 – Наталья Тимошенко

– Ян, как думаете, Олег поправится?

Я впервые рискнула назвать его вот так, без отчества, и он не стал меня поправлять, видимо, тоже решив, что наедине, без зоркого ока моих родителей, можно стать чуть ближе. Ведь он сам давно зовет меня просто Леоной.

– Скажу вам честно, Леона, надежды на это у меня нет, – признался Ян. – Официально я здесь для того, чтобы попробовать вылечить его, но ваш отец… – Он вдруг остановился и повернулся ко мне. – Я же могу вам доверять?

– Безусловно! – горячо заверила я. – Я никому ничего не расскажу.

– Ваш отец дал мне понять, что в вашей семье уже были похожие случаи, и главное, что он хочет узнать, как уберечь своих потомков от рождения таких детей, как Олег. – Ян снова двинулся по тропинке, глядя под ноги. – Я рассказал вам это потому, что ваш отец лишь намекает и наотрез отказывается что-то рассказывать мне, а без этого сложно поставить правильный диагноз и спрогнозировать вероятность наступления подобных случаев, разработать профилактику. Понимаете?

Я кивнула, хотя поняла не все.

– Не знаю, чем могу вам помочь, – огорченно призналась я. – Я не знала, что такие дети в нашей семье уже были. Хотя постойте, – я вдруг остановилась и посмотрела на него, вспомнив то, о чем иногда думала, но никогда – до конца.

– Что? – Ян пытливо заглянул мне в глаза.

Я помолчала несколько секунд, додумывая мысль до конца, но во мне не возникло никаких сомнений, что я должна ему все рассказать.

– У меня есть старшая сестра, Агния. Вы, должно быть, уже знакомы с ней?

Ян кивнул не слишком уверенно.

– Я видел ее однажды, когда она приходила к Олегу, но видел случайно. Нас не представляли друг другу и, как я понял, вообще не хотели, чтобы я знал о ее визите. Я просто случайно вернулся с прогулки раньше. Так и не понял, кто она.

– Она – Хранительница, – сказала я, понимая, что придется объяснить ему, кто такие Хранители в нашей семье. – Только не подумайте, что мы тут на болоте все сумасшедшие…

– Обещаю не думать так как минимум о вас, – улыбнулся Ян.

– Старшие девочки в нашем роду в тридцать лет становятся Хранительницами. С этого возраста они могут видеть и слышать различную нечисть, а нечисть может общаться с ними. Пока Хранительница жива, нечисть не причиняет вреда людям, более того, может делиться знаниями с Хранительницей. Наша бабушка Яся, Ядвига, тоже была Хранительницей. Она готовила Агнию к своей роли с самого детства, обучала ее, знакомила с нечистью, хоть Агния пока и не могла видеть ее. Агния всегда знала, какая роль ей уготована, знала, что никогда не покинет усадьбу, не выйдет замуж и не родит детей, поэтому мы с Эленой заменяли ей их. Агния намного старше нас. Когда мы были маленькими, а Агнию еще не заточили для получения силы и знаний, она любила перед сном рассказывать нам разные истории. В основном это были сказки на основе того, что она узнавала как будущая Хранительница: о прекрасных Зозовках, ленивом Багнике, страшной Лихоманке. А иногда она делилась с нами какими-то своими секретами. Думаю, ей невыносимо было одиночество, а мы все-таки сестры. Она говорила, что помнит, как в детстве, еще до нашего рождения и до рождения Миши, у нее был брат. Помнит, как мама порой катала его в парке в коляске. Куда он потом делся, она не знает. Похорон не помнит. И мы с Эленой ни о каком брате, кроме Миши, никогда не слышали. Я не придавала значения этому, а теперь вот думаю, что, если еще один брат на самом деле был? Просто болел так же, как Олежка. А когда умер, о нем предпочли не вспоминать, но теперь, когда отец знает, что такие случаи в нашей семье повторяются, он и позвал вас.