Книга Хранительница болот, страница 56 – Наталья Тимошенко

Жонглировали не только топором, но и темой для общего разговора. Иван продолжал расспрашивать нас, а мы его. И поскольку нас было трое против одного, побеждали обычно мы. Таким образом мы выяснили, что дом он купил на аукционе около полугода назад. Дом был в нежилом состоянии, практически аварийном, поэтому купить удалось дешево. Тем не менее, он въехал в него месяц назад, не сделав даже минимального ремонта.

— Мне много не нужно, – говорил Иван. – На аукционе было несколько пустых домов в этих краях, я выбрал тот, который не разваливался на глазах. Многое там уже было, кое-что я купил. Кровать, стол, куда ноутбук поставить, холодильник, да микроволновка еду разогреть. Покупаю чаще всего уже готовое в городе, некогда мне за питанием следить.

И я, и Юлька с недоверием покосились на его фигуру. Сложен Иван был весьма удачно: высокий, поджарый, я была уверена, что он посещает спортзал и уж наверняка следит за питанием. Он не походил на того, кто часами просиживает за компьютером и питается чипсами с газировкой.

— Вы можете приходить на ужин к нам, – предложила Юлька, и я едва не застонала вслух. – Мы будем только рады.

— А мне на одного лишнего человека готовить не сложно, – добавила Вера.

Иван бросил на меня насмешливый взгляд.

— Спасибо, но я не уверен, что Эмилия будет рада моей компании.

— Ну что вы, – не слишком искренне возразила я. – Я буду просто счастлива. Если вам сегодня показалось, что я не в духе, то у меня болит голова. Не обращайте внимания.

Конечно, мне никто не поверил. Но прежде, чем Иван сказал бы что-то еще на эту тему, Юлька перехватила инициативу, и беседа снова стала плавной, как морская волна в штиль.

Обед закончился поздно, и, пока Вера убирала со стола, не позволив никому себе помочь, мы вышли в сад. Кирилл тут же ухватился за ручки Юлькиной коляски, пообещал показать ей что-то необычное, что обнаружил в саду, и увез ее в дальний угол. Скоро они скрылись за кустами сирени, не слышался даже хруст гравия под колесами Юлькиной коляски. Мы с Иваном остались стоять на террасе.

— Кажется, ваш юный друг ревнует вашу сестру ко мне, – заметил Иван, глядя в ту сторону, где скрылись молодые люди.

— Кажется, вы дали ему для этого кучу поводов, – не удержалась я.

Иван покосился на меня, а я вдруг заметила в его глазах ту же тоску, которую уже видела в лесу, когда мы только познакомились. За обедом он был совсем другим, а сейчас будто снял маску, снова став тем Иваном, которого мне однажды довелось видеть.

— Вам обидно? – тем не менее съязвил он.

— Мне?

Черт, надо было произносить это не так театрально. Теперь он понял, что действительно было. Даже я теперь поняла, что было. Я никогда не позволяла себе обижаться на то, что моя младшая сестра ярче, веселее и заметнее, мне казалось, что я попросту не имею на это права. Я старше, здоровее, я могу делать то, что не может она: жить полной жизнью, куда-то идти, не строя маршрут заранее, не заказывая специализированное такси, даже не ловить на себе сочувственные взгляды. Так какое право я имею обижаться на то, что Юлька в чем-то лучше меня?

Права не имела, а все равно сейчас было обидно. И поскольку злиться на сестру я не могла, приходилось злиться на Ивана. В конце концов, это он оказывал Юльке знаки внимания, видя, что она сильно младше его, что Кириллу это неприятно. Ведь добрый, но простоватый деревенский парень определенно проигрывал умному, хищному мужчине-айтишнику.