Книга Хранительница болот, страница 185 – Наталья Тимошенко

Зато широко разлились реки. Я ехала по той же дороге, по которой ехала в мае прошлого года, по которой убегала в июле, и не узнавала ее. Не было ни полей, ни лугов, ни черных блюдец болота, вокруг меня разливалось сплошное море, из которого то там, то сям торчали тонкие чахлые деревца. Море Геродота – так его называли когда-то. После Степаново, которое я проехала не останавливаясь, вода доходила уже до дороги, еще немного – зальет и ее. И тогда и Востровка, и моя усадьба вовсе будут отрезаны от мира.

Уезжая в июле, я не знала, вернусь ли еще когда-нибудь сюда. Несколько дней после того, что произошло в усадьбе, почти стерлись у меня из памяти. Помню, что отвечала на какие-то вопросы, решала дела, бегала, уговаривала, подкупала, но затем, когда все закончилось, напрочь забыла детали.

Если бы не пан Брынза, ничего бы у меня не получилось. Я не знала, как объяснить следователю два трупа в усадьбе, как сделать так, чтобы деда Кастуся не посадили в тюрьму, как уговорить взволнованных тетушек не рассказывать правду, чтобы их не сочли сумасшедшими. Пан Брынза и деньги, оставшиеся мне в наследство, все решили.

Официальная версия звучала так: охотники подстрелили волка, но не убили его, и спустя несколько дней тот явился в усадьбу. Убил попавшегося ему на пути Кирилла, затем ворвался в дом, напал на меня и Юльку. Следы на моей руке от Юлькиных зубов, следы на самой Юльке уже от зубов Яна – все свидетельствовало в пользу этого. Нам на помощь пришли Вера и дед Кастусь, который как раз выслеживал волка неподалеку. Только пуля нечаянно попала не в волка, а в Юльку. Трагическая случайность, убийство по неосторожности – вот что это было. За это тоже могли посадить, но всеми правдами и неправдами нам удалось выбить деду Кастусю свободу.

Что сделал пан Брынза с тетушками, я не знала, но они тоже поверили в официальную версию. Как и все вокруг. О волколаках больше не говорили, ведь нападения на людей прекратились. Все считали, что волк, убежав из нашего дома, все-таки погиб в болоте.

Только в фамильной усыпальнице Вышинских появился еще один гроб, затянутый в цепи. Вера помогла мне найти среди записей Агаты нужное заклинание, и я заговорила замок. Оставалось надеяться, что у меня все получилось. Тем не менее гроб этот окончательно выбил меня из колеи, и однажды ранним июльским утром, когда красное солнце только-только показалось из-за верхушек деревьев, я собрала чемодан и забросила его в машину. Тетушки к тому времени уже уехали: их забрали мои родители, приезжавшие после смерти Юльки. Сами похороны состоялись чуть раньше. Во-первых, родители не могли приехать слишком быстро, а во-вторых, я специально торопилась, чтобы не объяснять затянутый в цепи гроб. В усыпальнице я просто указала им на другой.

Когда я уже садилась в машину, из леса вышел Ян. Будто почувствовал, что я собираюсь сбежать не попрощавшись.

— Ты уезжаешь? – спросил тихо, без удивления, словно знал, что я так поступлю.

Мне стало стыдно перед ним, но желания уехать не убавилось.

— Мне нужно время, Ян. Если хочешь, поехали со мной. Тебя ведь ничего не держит здесь больше. Я же говорила, я могу снять с тебя заклятие, ты станешь обычным человеком, мы сможем жить там, где ничто не будет напоминать о произошедшем.