Книга Хранительница болот, страница 169 – Наталья Тимошенко

— Он там.

Ян заметил мои слезы, но не стал ничего спрашивать. Возможно, все понял и сам. Ведь если я видела миску и игрушку лишь в воспоминаниях Леоны, то он – по-настоящему.

Прежде чем приложить руку к гробу Элены, я замешкалась на секунду, а когда все-таки сделала это, едва не отпрянула. Сильнейшей злобой окатило меня сразу, будто Элена там, внутри, только и ждала момента, когда я коснусь ее. Я знала, что гроб неподвижен, но в то же время мне казалось, что он ходит ходуном, что та, что лежит внутри, беснуется, бросается на крышку, ненавидит меня всей душой и, если однажды вырвется, разорвет на части, не раздумывая.

Мне хватило пары секунд, чтобы понять, что Элена там, что ее никто не выпустил. Я вставляла ключ в замочную скважину, но не проворачивала его. С одной стороны, это радовало, потому что теперь я понимала, насколько опасна Элена была сто двадцать лет назад и насколько опасна она была бы сейчас, а с другой, вопрос, кто же убивает людей, остается открытым. И это заставило меня непроизвольно сжать второй рукой рукоятку ножа, но я тут же заставила себя отбросить эти мысли. Если бы Ян врал мне, едва ли привел бы сюда, дал почувствовать волколаков в гробах. Зачем? У него был уже миллион шансов убить меня. А значит, как минимум для меня он не опасен. Он не убьет свою Леону.

— Элена внутри, – сказала я, опуская руку.

— Что ж, одной проблемой меньше, – выдохнул Ян.

— Но мы по-прежнему не знаем, кто этот волколак, – покачала головой я, направляясь к выходу.

Мне вдруг стало не хватать воздуха внутри усыпальницы, хотелось поскорее выбраться на улицу, вдохнуть полной грудью. Казалось, что на меня положили бетонную плиту, что это я заперта в одном из гробов. Ян следовал за мной, я слышала его шаги позади, но, когда мы вышли из усыпальницы, он вдруг остановился, и прежде, чем я повернулась к нему, услышала не то стон, не то вскрик.

Я обернулась и успела увидеть, как он падает на колени, будто кто-то ударил его сзади.

— Ян!

Я бросилась к нему, но он выставил вперед руку, давая понять, чтобы я не подходила. Тело его содрогнулось, по лицу пробежала мучительная судорога.

— Ян, что с тобой? – испуганно спросила я, опускаясь на землю, чтобы лучше его видеть, но не подходя ближе.

— Я… не знаю, – с трудом проговорил он, а затем снова содрогнулся.

Правая рука его неестественно выгнулась, футболка лопнула по шву. На долю мгновения мне показалось, что вместо руки я вижу волчью лапу, но в следующую секунду морок спал. Ян дрожал всем телом, изгибался, и я понимала, что только огромной силой воли он оставался человеком. Я никогда не видела, как человек обращается в волка, но сейчас знала, что происходит именно это.

— Какой… какой сегодня день? – не то прошептал, не то прорычал он.

— 21 июня, – сказала я, все еще не понимая, в чем дело.

Он снова зарычал, на этот раз болезненно и зло.

— Не знал… что прошло столько времени…

Он пролежал в беспамятстве несколько дней, потому в этом не было ничего удивительного, но я все равно не понимала, чем его смущает эта дата. Посмотрела на небо, усыпанное жемчугом звезд, на пухлую, но уже убывающую луну. Впрочем, в какой-то из книг Агаты ведь было написано, но волколаки не зависят от фазы луны. Тогда что происходит?!

— Беги, – выдохнул Ян.