Книга Хранительница болот, страница 165 – Наталья Тимошенко

А еще я поняла, откуда в глазах Яна была та тоска, что поразила меня в первое знакомство. Это тоска человека, который остался один во всем мире, который ждет чего-то, что может никогда и не случиться.

— Эмилия?

Он позвал меня тихо, со щемящей нежностью в голосе, и только тогда я осознала, что по щекам текут слезы. Он протянул ко мне руку, коснулся щеки, стер большим пальцем слезинку.

— Как ты справился? – шепотом спросила я.

Он улыбнулся.

— Я просто ждал тебя.

Поздний завтрак плавно перетек в ранний обед, но, как бы мы ни оттягивали этот момент, нам все равно пришлось вернуться к обсуждению насущных проблем. Услышав, что в окрестностях тихо, Ян был удивлен, а я убедилась в том, что он к убийствам не имел никакого отношения. Убедилась и тихонько выдохнула.

— Значит, затаился, – заключил он. – Что ж, умен.

— Кто он? – осторожно спросила я. – Откуда в этих местах второй волколак? Ведь мы же о нем говорим?

Ян кивнул.

— Это глухие места, болотистые. Испокон веков тут жили странные люди, колдуны. Ты знаешь лишь малую часть этих мест, поверь. Даже я не успел изучить все, а времени у меня было много. Судя по тому, как ведет себя волколак, он молод, неопытен. Отчаянная молодежь нагла, ее останавливают только заговоренные пули. Юнцы играют с жертвами, показывая свое превосходство, заходят в деревни, ничего не боясь.

Увидев испуг на моем лице, Ян поспешил добавить:

— Новые волколаки появляются крайне редко, за последние десятилетия не было ни одного. Это вот первый. Агния говорила, что такое происходит, когда Хранительница слаба или по какой-то причине не уследила вовремя.

Что ж, в этом прослеживалась логика. В прошлый раз всплеск активности волколаков происходил в то время, как силу набирала Агния, теперь – я. Пугало то, что в прошлый раз все они были Вышинскими… Точнее, почти все, но даже Яна таким сделала Вышинская. Впрочем, Ян же сказал, что здесь глухие места, живет множество странных людей. Мог ли волколак прийти откуда-то?

Ян, похоже, прочитал мои мысли, потому что осторожно сказал:

— Мы не должны исключать того, что волколак – кто-то из своих. Дойти сюда по болоту сложно, даже нечисти.

— Если ты намекаешь на Юльку, то это не она, – твердо сказала я.

— Она родилась с такой же аномалией, как и другие про́клятые в вашем роду.

— Нет! – Я почти крикнула. – Нет, – повторила уже спокойнее. – Я знаю Юльку с пеленок, я заботилась о ней больше, чем наши родители. Я заметила бы те изменения, о которых тебе говорила Агния. И ты сам признавал, что у Олега их тоже не было.

— Олег умер маленьким, – покачал головой Ян. Мы как раз вышли на небольшую прогулку по двору, и он не смотрел на меня, предпочитал разглядывать деревья. – Мы не знаем, что с ним стало бы, если бы Элена не убила его. Возможно, с каждым поколением проклятие ослабевает, что позволяет таким детям обращаться позже, дольше живя обычной жизнью.

— А возможно, исчезает вовсе, – настаивала я. – Юльке двадцать один, и она совершенно нормальный человек. Более того, я знаю ее характер, она никогда не стала бы убивать людей ради забавы.

— Обращение меняет характер, – заметил Ян.

— Твой ведь не изменило.

— Я не рожден волколаком, я проклят.

Я упрямо мотнула головой.

— Если мои воспоминания как Леоны верны, то Элена всегда обладала непростым характером, обращение лишь усилило отрицательные черты. А Юлька – самый добрый и нежный человек во Вселенной, она не изменилась бы так сильно. Более того, она исцелилась здесь. Разве случалось такое с другими в нашей семье?