Книга Тринадцатая запись, страница 98 – Лена Обухова

— Вы что, внезапно заделались реальным психологом? - насмешливо хмыкнула Диана, чувствуя, как неприятно засосало под ложечкой. Однако она постаралась остаться внешне спокойной.

— Почему - внезапно? - удивился он. - Я, вообще-то, дипломированный психолог.

— Настолько не состоялись в профессии, что пришлось податься в коучи?

Савин в ответ безмятежно улыбнулся.

— Отчего же? На моем прошлом рабочем месте - в весьма крупной компании, где я трудился эйчаром[2], - меня очень ценили.

— Верится с трудом, раз вы там больше не работаете.

По тому, как блеснули его глаза, Диана поняла, что укол все-таки достиг цели. Однако эффекта это не возымело и словесный поток не остановило.

— Послушайте моего совета...

— Мне не нужны ваши советы!

— Очень зря. Обычно люди платят за них большие деньги, а с вами я готов поделиться мудростью бесплатно.

— Что вы, я не заслуживаю такой щедрости!

— Я сегодня добрый, и меня тянет на благотворительность. Так вот, имейте в виду. Как бы ни было принято у вас дома, когда сильный поднимает руку на слабого - это неправильно. Это нездоровые отношения, которых следует избегать. И если уж в таких отношениях оказалась, их стоит разрывать, как только прозвенит первый звоночек, а не прощать содеянное за дорогой цветочный веник. Потому что большие беды начинаются с малых. Сегодня он отвесил вам пощечину и притащил цветы, и вы решили - да и ладно, ничего такого. Вы решили это для себя, а он почувствовал - и граница отодвинулась. Граница вашей неприкосновенности. В следующий раз, когда вы будете уже женаты, он случайно поставит вам фингал под глазом и отвезет в качестве раскаяния на Мальдивы, и вы снова решите, что ничего смертельного. Не так уж больно, и зажило все быстро, зато человек хороший, щедрый. Не разводиться же с ним из-за такой ерунды. У вас появятся дети, и все будет хорошо, пока однажды он нечаянно не сломает вам руку или ключицу. Потом повредит внутренние органы или что-то в таком роде. И вы снова будете убеждать себя, что все это нестрашно, потому что он будет дарить взамен машины, ювелирку, квартиры или дома, а вы привыкнете прощать. Это как рефлекс, его можно выработать. Вы будете твердить себе, что ничего страшного, зато у вас и ваших детей обеспеченное будущее, а он хороший человек, просто вспыльчивый и так сильно любит вас, что ему бывает трудно себя контролировать. С ним нужен особый подход, которому вы со временем обязательно научитесь. И так будет продолжаться, пока однажды в запале он не убьет вас.

Его слова должны были вывести ее из себя, Диана какое-то время чувствовала, как закипает, но вместо закономерного взрыва внезапно остыла, словно ее погрузили в ледяную воду. Все это вдруг зазвучало так знакомо и привычно, что оказалось почти родным, и вместо раздражения вызвало только презрительную ухмылку.

— Поразительно, как психологи порой похожи на педагогов в своем высокомерном заблуждении, будто образование позволяет им разбираться в людях и видеть их насквозь.

Ее спокойный ответ явно сбил его с толку. Кажется, Савин ожидал от нее совсем не этого.

— Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о моих отношениях, но зачем-то лезете с советами, о которых я не просила. Разве это не вариант насилия? Разве вы сейчас не нарушаете мои границы самым гнусным образом? Мне совершенно непонятно, почему вы до сих пор находитесь в моей комнате, хотя я недвусмысленно попросила вас уйти. Что вы вообще здесь делаете? На этом озере, в нашем районе? Ваша лекция закончена, не пора ли отчалить в Москву?