Книга ЗАТО: город забвения, страница 72 – Лена Обухова

Громова тем временем изучала содержимое шкафа.

— Похоже, люди начали пропадать здесь еще до того, как город оставили, — сообщил ей Макаров, бегло пробежавшись по записям в блокноте. — В октябре девяносто третьего, судя по указанным тут датам. Так что вы были правы: что бы тут ни случилось, случилось оно осенью девяносто третьего.

— Вот как? — Громова моментально потеряла интерес к содержимому шкафа и подошла к столу, заглядывая в записи через его плечо. — И что там пишут?

— С начала октября в городке пропали без вести три человека. Двое мужчин и женщина. Все сотрудники НИЦ.

— НИЦ? Это научно-исследовательский центр?

— Полагаю, да, — Макаров задумчиво кивнул, переключив внимание с блокнота на разрозненные документы. — Видимо, именно он и находится за той проходной.

— Тогда, наверное, большинство жителей ЗАТО были сотрудниками этого НИЦ.

— Согласен. Важно другое: в связи с этими исчезновениями отрабатывали пятерых местных. Судя по записям, начали с тех, кто приехал в ЗАТО в последние полгода.

— А чем занимались в этом НИЦ, там не написано?

— Пока не вижу… Ищу подробности и про пропавших, и про подозреваемых. Собирать информацию и по тем, и по другим — часть стандартной процедуры. Это должно лежать где-то рядом.

— Если только эту информацию успели собрать, — усомнилась Громова. — Тогда не были так распространены электронные базы данных. Сбор информации шел медленнее.

— Да, но это закрытый город, — возразил Макаров. — Здесь, предположительно, велись какие-то секретные исследования или что-то вроде того. Думаю, на каждого местного жителя составлялось досье еще до того, как он переступал порог проходной. Вот списки имен, посмотрите на том столе, а я поищу на этом.

Громова послушно пробежала глазами оба списка, села за второй стол и принялась методично перебирать папки и сложенные стопкой листы. Здесь их было значительно меньше.

— Так, вот, кажется, я нашел пропавших, — сообщил Макаров, наткнувшись на три скоросшивателя, лежащих друг на друге. — Андрейченко Людмила Григорьевна, сорок девятого года рождения, физиолог. Голубев Александр Дмитриевич, сорок первого года рождения, врач-психиатр… Хм, интересное сочетание.

— Может, здесь проводились какие-то медицинские исследования, связанные с психикой? — предположила Громова, перешедшая в своих поисках к ящикам стола.

— Возможно. Так, Савин Михаил Анатольевич, пятидесятого года рождения… Неожиданно…

— Что именно?

— Он историк-культуролог. И еще здесь пометка карандашом: прибыл за три дня до исчезновения, серия началась с него.

Макаров отложил папки в сторону и взял скоросшиватели из другой стопки. Их как раз было пять, и можно было надеяться, что там содержатся досье на подозреваемых.

Предположение себя оправдало, и он принялся просматривать материалы, обращая внимание на род занятий. Школьный учитель, повар, техник-электрик, еще один физиолог, нейробиолог — в этом порядке они прибыли в город, последний приехал за неделю до первого исчезновения.

— Надо бы взять это с собой, изучить подробнее, — решил Макаров, осознав, что без света фонарика уже ничего не смог бы прочитать. — Пора возвращаться…

Он поднял взгляд на Громову и осекся, осознав, что та его даже не слышит. Она сидела за столом, неестественно выпрямив спину, и смотрела на смартфон, который держала в руках. Макаров не сразу понял, что это не тот смартфон, который он видел у нее раньше.