Книга ЗАТО: город забвения, страница 44 – Лена Обухова

— А что потом помешало тебе сделать то же самое? — Олеся наконец развернулась к нему, прожигая взглядом. — Не притворяясь экстрасенсом?

— Я не притворялся! Я действительно экстрасенс, тебе каждый, кто смотрит наше шоу, это скажет. Просто в твоем случае я действительно знал, и как тебя зовут, и где ты была, и что тебе предложили. И поверь, я действительно на сто процентов уверен, что тебе стоило согласиться, что это отличная возможность для тебя…

Что Олеся ответила на это, Лекс не знал, поскольку уже пошел к микроавтобусу, но, по всей видимости, она все-таки смягчилась. По крайней мере, после заселения в отель обедать они пошли все вместе и довольно спокойно принялись втроем обсуждать план предстоящих съемок и сценарий. Однако вскоре коса снова нашла на камень.

— Еще можем успеть сегодня метнуться, посмотреть город и, наверное, даже немного поснимать? — Михаил вопросительно посмотрел на Лекса. — Ты же можешь снимать в сумерках и в темноте? Нам очень нужны будут такие кадры для атмосферы.

— Ну уж нет! — отрезала Олеся. — Я не поеду туда на ночь глядя. И тем более не собираюсь торчать в этом городке после заката… Снимать будем только днем!

— Нет, это никуда не годится, — отмахнулся Михаил, нахмурившись. — Это же мистическое шоу, должно быть интригующе, пугающе… А при свете дня нужного эффекта не добиться. Обязательно нужны съемки в темноте. Необязательно, конечно, торчать там ночью, но хотя бы вечером.

— Сколько угодно, но только без меня, — не сдавалась Олеся.

— Чего ты боишься-то? Там же нет никого! — усмехнулся Михаил. — Или ты действительно веришь, что в этом городке обитают призраки, пробуждающиеся после заката?

Олеся насупилась и ответила не сразу. Лекс, конечно, тоже читал сценарий и знал, что по одной из версий в городе произошла некая катастрофа, унесшая жизни половины населения. Остальные якобы пережили такой ужас, что после эвакуации их рассовали по психбольницам страны, дабы они ни в коем случае никому не рассказали о случившемся. Сам он не особо верил в подобные истории. Вероятнее всего, из города просто все разъехались кто куда, когда там перестали заниматься тем, для чего он был построен… Что бы это ни было.

— Я не верю ни в призраков, ни в экстрасенсов, если уж на то пошло, — отрезала Олеся, вздернув подбородок. — Живые люди пугают меня гораздо больше, чем мертвые. А подобные места просто как магнит притягивают всякий асоциальный сброд. И именно после наступления темноты им, как правило, сносит крышу. А поскольку у меня нет ни малейшей надежды на то, что кто-то из вас станет меня защищать в случае опасной ситуации, я лучше позабочусь о своей безопасности сама: не буду лезть на рожон.

— Если очень хочешь сделать съемки в темное время суток, мы легко можем с тобой подъехать в город вдвоем, — предложил Лекс Михаилу, в целом понимая опасения Олеси. — Даже ночью. Завтра поснимаем днем, наметим, что стоит снять в темноте, вернемся сюда, чтобы поужинать нормально, Олесю оставим, а сами поедем обратно. Здесь езды, насколько я понимаю, меньше часа.

— А чего тогда не прямо сейчас? — удивился Михаил, глядя на часы. — Еще успеем оказаться с тобой в городке даже до заката.

— Но мы же толком пока не знаем, что снимать. Лучше осмотреться там при свете дня, выстроить историю. У нас, конечно, есть сценарий, но он ведь такой, — Лекс двумя руками очертил в воздухе неровный круг, — рамочный. Фишки и крючки легче на месте придумывать и добавлять, особенно если найдем что-нибудь интересное.